Движение декабристов


Предварительные замечания

dekabristy

В советской исторической науке изучение движения декабристов всегда начиналось с обязательного реверанса в адрес хорошо известных ленинских работ «Из прошлого рабочей печати», «Памяти Герцена» и других, посвященных истории освободительного (революционного) движения в России. В них вождь мирового пролетариата неоднократно утверждал, что настоящее революционное движение возникает в эпоху перехода от феодализма к капитализму, когда классовая борьба поднимается на уровень сознательного политического движения. Поэтому он начинал историю освободительного движения в России с движения декабристов, которых считал первыми русскими революционерами
Как известно, сам В.И. Ленин подразделял освободительное движение в России на три основных этапа: дворянский (1825―1861), разночинский (1861―1895) и пролетарский (1895―1917). В основу именно такой периодизации он положил излюбленный им социально-классовый подход, поскольку считал, что преобладание определенного класса или сословия «налагало свою печать на все движение» и определяло характер и особенности разных этапов освободительного движения.
В настоящее время, когда все ленинские оценки утратили свою былую сакральность, лишь немногие историки (Н. Троицкий) продолжают исповедовать их. Большинство современных ученых либо вернулось к старой концепции академика М.Н. Покровского, который датировал начало освободительного движения в России концом XVIII века (И. Пантин, Е. Плимак, В. Хорос), либо, справедливо указав на ограниченность сугубо классового подхода, предлагает в качестве альтернативы идеологический подход (В. Федоров, Л. Ляшенко). С учетом вышесказанного мы хотим предложить собственную периодизацию освободительного движения в Российской империи до прихода к власти большевиков.
1 период (1814―1840) освободительного движения базировался исключительно на либеральных идеях эпохи Просвещения, в частности, хорошо известных западных теориях «естественного права», «общественного договора», «разделения властей» и других.
2 период (1840―1883) был связан с зарождением и развитием самобытной либеральной и социалистической идеологий. Следует отметить тот факт, что довольно скоро на смену западноевропейским моделям «утопического социализма» приходит доморощенная теория «крестьянского социализма» А.И. Герцена и Н.Г. Чернышевского.
3 период (1883―1917) освободительного движения первоначально базировался на идеях западноевропейского марксизма, а затем на его российской разновидности — большевизме или ленинизме.
Еще одной дискуссионной проблемой является вопрос об истоках декабристской идеологии.
В советской исторической науке «с легкой руки» академика М.В. Нечкиной, которая долгое время являлась непререкаемым авторитетом по истории декабризма, утвердилось устойчивое представление о том, что движение декабристов было национальным явлением и на него не оказали решающего влияния ни европейские философские доктрины, ни европейские революции 1820―1821 гг.
В настоящее время многие ученые (И. Пантин, Е. Плимак), вслед за профессором В.И. Семевским и другими представителями дореволюционной историографии, ставят под сомнение определяющее влияние русской действительности на зарождение и развитие декабризма и говорят о гораздо большем значении внешнего, европейского фактора. Более того, ряд историков патриотического толка (О. Платонов, В. Брачев) прямо указывает на непосредственную связь «русских» декабристов с европейскими масонскими ложами, которые стали стремительно сбрасывать свой «филантропический колпак» и активно влиять на многие политические процессы, в том числе организацию разного рода «революций» и дворцовых переворотов.

Первые тайные организации декабристов (1816―1821)

По мнению большинства историков (М. Нечкина, Н. Дружинин, В. Федоров, Л. Ляшенко), первым тайным декабристским организациям предшествовали легальные и полулегальные преддекабристские организации (1814―1816), которые не имели ни устава, ни программы, ни четкой организации, ни даже определенного состава. Среди этих организаций обычно выделяют четыре объединения: «Орден русских рыцарей» во главе с графом М.А. Мамоновым и генералом М.Ф. Орловым, «Священную артель», которую возглавляли братья Н.Н. и А.Н. Муравьевы, «Семеновскую артель», лидерами которой были С.П. Трубецкой и С.И. Муравьев-Апостол, и «Кружок» В.Ф. Раевского.

Союз спасения (1816―1818)

Первая тайная декабристская организация — Союз спасения возникла в феврале 1816 г. в Петербурге по инициативе полковника Генерального штаба Александра Николаевича Муравьева. Первыми членами этой тайной масонской ложи стали молодые гвардейские офицеры — полковник князь С.П. Трубецкой, подполковник С.И. Муравьев-Апостол, капитан Н.М. Муравьев, капитан И.Д. Якушкин и другие. Свое окончательное оформление Союз спасения получил в феврале 1817 г., когда его членом стал командир Вятского пехотного полка полковник П.И. Пестель. При его активном участии был разработан и принят статут (устав) организации, которая получила свое новое название «Общество истинных и верных сынов отечества». В соответствии с уставом членами Союза могли быть только офицеры гвардии и Генерального штаба, получившие рекомендацию двух старейших членов общества. Поэтому даже в период своего расцвета эта тайная организация насчитывала всего около 30 членов.
По своему внутреннему строению Союз спасения очень смахивал на масонскую ложу, поскольку:
• все члены общества, в зависимости от времени пребывания в нем и личных заслуг, делились на «боляр», «мужей» и «братию»;
• при вступлении в организацию все офицеры приносили торжественную клятву на кресте и Евангелии, за нарушение которой неминуемо грозила смертная казнь от яда или кинжала.
В уставе Союза спасения определялись его основные цели — уничтожение крепостного права и установление конституционной монархии, однако совершенно неясными оставались средства достижения этих целей и отсутствовала реальная программа политических преобразований в стране. Большинство членов общества выступали за мирный путь достижения своих целей, однако ряд самых зловредных масонов (М.С. Лунин, И.Д. Якушкин) выдвигали гораздо более радикальные предложения, в частности идею цареубийства.
В сентябре 1817 г. члены Союза спасения провели в Москве тайное совещание, на котором капитан И.Д. Якушкин предложил совершить акт цареубийства («Московский заговор»). После бурных и продолжительных дискуссий эта безумная идея была отвергнута и принято решение о создании новой тайной организации.

Союз благоденствия (1818―1821)

После самоликвидации Союза спасения по инициативе ряда его членов в январе 1818 г. было создано второе тайное общество декабристов — Союз благоденствия, который:
1) имел полноценный устав, состоящий из двух частей — легальной «Зеленой книги» и неизвестной «Нелегальной книги», разработанный специальной комиссией в составе Н.М. Муравьева, А.Н. Муравьева и князя С.П. Трубецкого;
2) членами общества могли быть не только представители благородного дворянского сословия и гвардейские офицеры, но и выходцы из других сословий, поэтому Союз благоденствия был более «демократической» организацией, насчитывающей в своих рядах более 200 членов;
3) Союз благоденствия имел четкую организационную структуру и делился на управы. Главной была Коренная управа в Петербурге, которой подчинялись 14 деловых управ в Москве, Нижнем Новгороде, Киеве, Полтаве, Кишиневе, Тульчине и других городах.
Содержание «Зеленой книги» через генерала А.И. Чернышева, тогдашнего руководителя имперской разведки, было хорошо известно императору Александру I и его младшему брату цесаревичу Константину Павловичу, но тогда государь не придал этой информации серьезного значения.
В январе 1820 г. в Петербурге состоялось «большое» заседание Коренной управы, на котором П.И. Пестелю и Н.М. Муравьеву было поручено начать разработку программных документов Союза благоденствия. Определив главную цель своей деятельности, члены тайного общества стали искать самые оптимальные способы ее реализации. Умеренные декабристы (А.Н. Муравьев, Н.И. Тургенев, Ф.Н. Глинка) высказывались за продолжение мирной пропагандистской работы, а радикально настроенные декабристы (М.Ф. Орлов) предлагали прибегнуть к военному перевороту. Окончательную точку в этом затянувшемся споре поставил съезд представителей всех провинциальных управ, который прошел в Москве в январе 1821 г. После бурных дискуссий большинство делегатов съезда остановились на тактике военной революции.
Смысл этой тактики заключался в том, что государственный переворот должна осуществить только армия, без участия широких народных масс. К такому однозначному решению декабристов подвигли несколько главных причин:
1) практически все декабристы были выходцами из благородного дворянского сословия и панически боялись привлекать на свою сторону широкие крестьянские массы, зараженные разрушительным вирусом пугачевщины;
2) многие декабристы были выходцами из элитной военной среды, что также побуждало их ориентироваться исключительно на армию;
3) богатый опыт пяти дворцовых переворотов в России, в которых самое активное участие принимали гвардейские полки, также убеждал декабристов в правильности выбранной ими тактики;
4) наконец, удачный опыт «военных революций» в Испании, Португалии, Неаполе и Пьемонте в 1820–1821 гг. также убеждал декабристов в том, что именно тактика военной революции сулит им явный успех.
На Московском съезде было принято решение о формальном самороспуске Союза благоденствия с тем, чтобы освободиться от ненадежных и колеблющихся членов организации, а также погасить подозрения правительства, хорошо осведомленного о «революционной» деятельности первых декабристов.

Южное и Северное общества декабристов (1821―1825) и их программы

Первоначально в феврале 1821 г. было создано Южное общество декабристов, в составе которого были образованы три управы. Центральное место занимала Тульчинская управа, расположенная на территории Подольской губернии, которую возглавлял личный адъютант командующего 2-й армией полковник П.И. Пестель. Во главе Васильковской управы, расположенной в Киевской губернии, стояли подполковник С.И. Муравьев-Апостол и подпоручик М.П. Бестужев-Рюмин. Каменскую управу, которая находилась на территории Екатеринославской губернии, возглавил генерал-майор князь С.Г. Волконский. Всеми делами Южного общества руководила Директория, в состав которой входили П.И. Пестель, С.И. Муравьев-Апостол и генерал А.П. Юшневский.
Несколько позднее, либо в марте 1821 г. (Н. Дружинин, М. Нечкина), либо в сентябре 1822 г. (Н. Троицкий, В. Федоров) в Петербурге возникло Северное общество декабристов, также состоящее из нескольких управ, в том числе Московской управы, которую возглавлял И.И. Пущин. Во главе этого общества стояла Дума из трех человек. Первоначально в ее состав входили Н.М. Муравьев (председатель), М.С. Лунин и Н.И. Тургенев, а затем последних сменили гвардейский полковник князь С.П. Трубецкой и гвардейский поручик князь Е.П. Оболенский.
Летом 1821 г. в самостоятельную организацию выделилась Кишиневская управа Союза благоденствия во главе с генерал-майором М.Ф. Орловым и майором В.Ф. Раевским. Скорый арест князя В.Ф. Раевского привел к разгрому этой организации, которая прекратила свое существование.
В 1821–1823 гг. декабристами был создан ряд оригинальных проектов политического и социального переустройства России, среди которых наибольший интерес представляют два документа — «Конституция» Никиты Муравьева и «Русская правда» Павла Пестеля. Для более прочного усвоения этих программных документов декабристов мы предложим вам сравнительный анализ этих проектов:
1) При определении формы государственного правления оба автора исходили из основополагающего принципа Шарля Монтескье о разделении властей, однако:
а) П.И. Пестель считал, что Россия должна стать парламентарной республикой, где высшая законодательная власть должна принадлежать Народному вече, состоящему из 500 депутатов, избираемых на пять лет. Высшая исполнительная власть сосредотачивалась в руках Державной думы в составе пяти человек, которых избирают депутаты Народного вече на время исполнения своих полномочий. При этом ежегодно один из членов Державной думы становился Президентом России. Распорядительная власть на местах передавалась окружным, уездным и волостным наместным собраниям во главе с выборными посадниками, а исполнительная — окружным, уездным и волостным правлениям, которые избирались сроком на один год.
б) Н.М. Муравьев считал, что Россия должна стать конституционной (дуалистической) монархией, когда монарх являлся бы не только главой государства, но и возглавлял центральную исполнительную власть, назначал всех министров и руководителей других государственных ведомств, а также являлся верховным главнокомандующим. Высшим законодательным органом власти объявлялось двухпалатное Народное вече (493), состоящее из Верховной думы (43) и Палаты народных представителей (450), которые избирались на шесть лет.
В отличие от П.И. Пестеля, который лишь продекларировал создание новой системы судоустройства и судопроизводства, Н.М. Муравьев детально разработал программу реформирования всей судебной власти в стране. По его проекту высшим органом и становым хребтом судебной системы становилось Верховное судилище, которому подчинялись державные и уездные судилища и волостной совестный суд. Вся система органов судебной власти строилась на принципах равенства перед законом и судом, несменяемости судей, наличии гласного суда присяжных и состязательности сторон.
2) При определении формы государственного устройства авторы исходили из абсолютно противоположных посылок:
а) П.И. Пестель был убежденным сторонником унитарного государства и считал, что в России должно быть четырехступенчатое административное деление на области (13), округа (65), уезды (650) и волости.
б) Н.М. Муравьев был не менее убежденным сторонником федеративного устройства. По его проекту Россия должна была стать федерацией 13 держав и 2 областей со своими столицами и суверенным управлением, построенным на принципе разделения властей. Сами державы делились на уезды, а уезды — на волости. Столицей Российской Федерации должен был стать Нижний Новгород, переименованный в Славянск.
3) Оба конституционных проекта исходили из необходимости уничтожения сословной структуры русского общества и провозглашения основных гражданских и политических прав и свобод. Однако и в данном случае существовали серьезные разногласия:
а) П.И. Пестель, декларируя общегражданские права, был категорическим противником создания любых общественных и политических организаций, но при этом он выступал за безцензовое избирательное право.
б) Н.М. Муравьев, провозглашая те же общегражданские и политические права, считал, что создание любых общественных объединений является неотъемлемым и законным правом всех граждан страны. Он полагал, что избирательное право должно базироваться на имущественном цензе и цензе оседлости.
4) При решении аграрно-крестьянского вопроса оба автора исходили из необходимости немедленной и полной ликвидации крепостного права. При детальном рассмотрении этого вопроса наблюдались серьезные расхождения по целому комплексу проблем, в частности П.И. Пестель выступал за частичную конфискацию помещичьих земель и создание в каждой волости двух земельных фондов — общественного и частного, а Н.М. Муравьев был принципиальным противником этой меры и изначально вообще предлагал освободить владельческих крестьян без земли, и т. д.
Кроме того, существовали разные подходы по вопросу реализации конституционных проектов. П.И. Пестель был убежден, что его проект может быть реализован только Временным революционным правительством, наделенным диктаторскими полномочиями сроком на 10–15 лет. Н.М. Муравьев же, напротив, выступал с идеей созыва демократического Учредительного собрания.
В отечественной историографии до сих пор существуют совершенно полярные оценки основных программных документов декабристов.
Ряд современных авторов (Н. Троицкий) по-прежнему всячески превозносит «революционный» проект П.И. Пестеля и критикуют «за классовую ограниченность» умеренный проект Н.М. Муравьева. Хотя еще до войны выдающийся советский историк академик Н.М. Дружинин в своей знаменитой работе «Декабрист Никита Муравьев» (1933) вполне справедливо говорил о том, что его конституция была монархической только с формально-правовой точки зрения, но республиканской по своей сути.
Другие историки, напротив, существенно пересмотрели свои прежние оценки и взгляды. Например, профессор В.А. Федоров, автор известной монографии «Декабристы и их время» (1992), утверждает, что в силу своего радикализма конституционный проект П.И. Пестеля нес в себе значительные элементы утопизма, тогда как конституционный проект Н.М. Муравьева, несмотря на всю свою умеренность и «классовую ограниченность», был гораздо более реалистичным.
После того как «Русская правда» стала официальной программой Южного общества декабристов, ее автор отправился в Петербург для переговоров с руководством Северного общества на предмет объединения двух организаций. Радикально настроенные «северяне», или «республиканское меньшинство» (К.Ф. Рылеев, П.Г. Каховский) поддержали этот проект. Умеренные «северяне», или «конституционно-монархическое большинство» (Н.М. Муравьев, С.П. Трубецкой) резко раскритиковали его за утопичность (аграрный вопрос) и радикализм (диктатура Временного правительства). Единственно значимым результатом этих переговоров стало компромиссное решение:
• отложить объединение двух обществ до 1826 г.;
• подготовить единый политический документ с учетом всех высказанных замечаний.
После разработки программных документов декабристы вплотную занялись подготовкой плана вооруженного восстания. В течение 1824–1825 гг. в недрах более радикального Южного общества было подготовлено, как минимум, три плана вооруженного захвата власти — один «бобруйский» и два «белоцерковских», реализация которых была намечена на лето 1826 г. Совершенно неожиданно все карты спутала скоропостижная смерть императора Александра I в Таганроге 19 ноября 1825 г.
Неожиданная смерть 47-летнего монарха, который всегда отличался отменным здоровьем, породила немало различных легенд и слухов. Самой невероятной, но чрезвычайно живучей, стала легенда о таинственном старце Федоре Козьмиче, под личиной которого якобы до самой своей смерти в 1864 г., скрывался Александр I. Эта легенда породила большую и разнообразную литературу, с анализом которой можно познакомиться на страницах известной работы советского историка Н.Я. Эйдельмана «Первый декабрист» (1990).

Восстание декабристов, его ход и итоги

Поскольку у покойного императора не было детей, то согласно «Акту о порядке престолонаследия» (1797) законным наследником престола становился его младший брат цесаревич Константин Павлович. Но в 1820 г. он вступил в морганатический брак с польской графиней Ж. Грудзинской и навсегда отрезал себе путь к престолу. В феврале 1822 г. в частном письме на имя старшего брата Константин отрекся от престола, и в августе 1823 г. Александр I секретным манифестом передал права на корону следующему брату — Николаю Павловичу. О существовании всех этих документов знали только четыре человека: сам Александр I, князь А.Н. Голицын, граф А.А. Аракчеев и митрополит Филарет.
27 ноября 1825 г., сразу после получения известия о смерти Александра I, на совместном заседании Сената, Синода и Госсовета его председатель граф П.В. Лопухин огласил секретные документы и предложил всем присутствующим присягнуть Николаю I. Министр юстиции князь Д.И. Лобанов-Ростовский и генерал-губернатор Петербурга граф М.А. Милорадович, ссылаясь на павловский «Акт о престолонаследии», заявили о незаконности этого манифеста, и все высшие сановники империи вынуждены были присягнуть императору Константину I. Сам Константин Павлович явно не спешил занять пустующий престол, и причины такого поведения до сих пор остаются одной из самых загадочных страниц отечественной истории. Ряд современных историков (М. Сафонов) высказали предположение, что за всеми этими событиями стояла их мать, вдовствующая императрица Мария Федоровна, которая по примеру Екатерины II сама намеревалась сесть на российский престол. Как бы то ни было, но именно эта правовая коллизия и создала тот вакуум власти, которым решили воспользоваться декабристы.
Уже 10 декабря 1825 г. был предварительно согласован план восстания, определена его дата и избраны его руководящие органы: диктатором восстания стал полковник лейб-гвардии Преображенского полка князь С.П. Трубецкой, а начальником штаба поручик лейб-гвардии Финляндского полка князь Е.П. Оболенский. Накануне выступления, 13 декабря 1825 г., на квартире К.Ф. Рылеева был окончательно утвержден план восстания, состоящий из двух частей.
Тактическая составляющая плана была такова.
1) 14 декабря 1825 г. лейб-гвардии Московский, Финляндский и Гренадерский полки во главе с диктатором восстания полковником С.П. Трубецким должны были собраться на Сенатской площади и принудить Правительствующий сенат издать «Манифест к русскому народу», в котором провозглашались основные программные цели декабристов, в первую очередь уничтожение самодержавия и ликвидация крепостного права.
2) Одновременно лейб-гвардии Измайловский полк и Морской гвардейский экипаж во главе с капитаном А.И. Якубовичем должны были захватить Петропавловскую крепость и Зимний дворец, а также арестовать несостоявшегося императора Николая Павловича, всю его семью и ближайшее окружение.
Стратегическая часть плана состояла в следующем.
1) После оглашения «Манифеста к русскому народу» вся полнота государственной власти в стране должна была перейти Временному революционному правительству, в состав которого предполагалось ввести несколько самых авторитетных государственных и военных деятелей страны, в частности М.М. Сперанского, Н.С. Мордвинова, А.П. Ермолова, П.Д. Киселева и ряд других.
2) Весной 1826 г. Временное правительство должно было созвать Учредительное собрание («Великий собор»), которое должно было окончательно определить новую форму государственного правления в России и решить многострадальный вопрос о земле.
Восстание декабристов началось утром 14 декабря 1825 г., когда на Сенатскую площадь прибыли лейб-гвардии Московский полк (А.А. Бестужев, М.А. Бестужев), Морской гвардейский экипаж (Н.А. Бестужев) и лейб-гвардии Гренадерский полк (Н.А. Панов) общей численностью более 3 тысяч штыков. Придя на площадь, восставшие узнали, что Сенат уже принес присягу Николаю I, капитан А.И. Якубович отказался выполнить приказ об аресте царя, а диктатор С.П. Трубецкой вовсе не прибыл на Сенатскую площадь. Более того, командир гвардейских гренадеров полковник Н.К. Стюрлер, узнав о том, что его подопечные вышли из повиновения, прибыл на Сенатскую площадь и предпринял последнюю попытку отговорить их от безумного мятежа. Однако он тут же был убит отставным поручиком П.Г. Каховским — одним из самых беспощадных и циничных декабристов, которого за его безмерную кровожадность и жестокость презирали даже сами члены тайных обществ.
Правительство тоже попыталось уговорить восставших прекратить мятеж и принести присягу законному царю. Сначала к ним направился очень популярный в армии генерал-губернатор Петербурга Михаил Андреевич Милорадович. Будучи участником пятидесяти сражений, этот выдающийся русский полководец, суворовский любимец, счастливо избежавший даже небольших ранений в войнах с турками, шведами и французами, в тот роковой для него день сразу получил две раны — смертельную пулевую, от того же убийцы П.Г. Каховского, который подло выстрелил ему в спину, и штыковую, которую нанес ему поручик князь Е.П. Оболенский. Когда, преодолевая жгучую боль, он разрешил врачам извлечь свинцовую пулю из своей спины, пробившую правое легкое, он еле слышно произнес: «О, слава Богу, это пуля не солдатская, теперь я совершенно счастлив».
После гибели генерала М.А. Милорадовича к восставшим солдатам и офицерам поочередно обращались командующий гвардией генерал А.Л. Воинов, великий князь Михаил Павлович, митрополиты Серафим и Евгений, но все было тщетно. И тогда Николай I, под знаменами которого уже собралось более 12 тысяч верных правительственных войск, принял тяжелое, но верное решение подавить гвардейский мятеж силой. В 16 часов дня правительственные войска открыли артиллерийский огонь по восставшим полкам, и через два часа мятеж был подавлен. По официальным данным, в ходе беспорядков на Сенатской площади погибло 80 человек, однако очевидцы тех событий называли совершенно иные цифры — от 200 до 1270 погибших.
Не успел сановный Петербург оправиться от шока, как в столице узнали о восстании Черниговского полка, поводом к которому стал арест руководителей Южного общества полковника П.И. Пестеля и генерала А.П. Юшневского. 29 декабря 1825 г. пять рот Черниговского полка, расквартированные в Трилесах и Василькове во главе с полковником С.И. Муравьевым-Апостолом и капитаном М.П. Бестужевым-Рюминым вышли походным маршем к Белой Церкви, где располагались Алексопольский и Ахтырский полки. Командиры этих и других частей 2-й армии, в частности генерал С.Г. Волконский и полковник А.Н. Муравьев, отказались поддержать восставших. В этой ситуации руководители восстания решили вернуться в Трилесы и оттуда совершить бросок на Житомир. 3 января 1826 г. у деревни Ковалевка Черниговский полк был расстрелян правительственными войсками генерала Ф.К. Гейсмара, все оставшиеся в живых участники военного мятежа были арестованы.

Следствие и суд над декабристами

После подавления восстания декабристов было арестовано около 3 тысяч человек. Все нижние чины (более 2,5 тысяч человек) были биты шпицрутенами и сосланы в штрафные роты на Кавказ. А для расправы над членами тайных обществ по личному указанию Николая I были созданы Петербургская следственная комиссия во главе графом А.И. Татищевым и специальный Верховный уголовный суд, который возглавил М.М. Сперанский.
По разным оценкам, под следствием оказалось от 500 (М. Нечкина) до 316 (В. Федоров) человек. Виновными в организации заговора были признаны 289 человек, но из них только 121 человек были преданы Верховному уголовному суду. Все подсудимые, за исключением 5 человек, по степени своей вины и мере наказания были разделены на 11 разрядов: 1-й разряд (31 подсудимый) — к отсечению головы, 2-й разряд (37 подсудимых) — к вечной каторге в Сибирь и т. д. Пятерых подсудимых, а именно Павла Пестеля, Константина Рылеева, Михаила Бестужева-Рюмина, Сергея Муравьева-Апостола и Петра Каховского суд поставил вне разрядов и приговорил к четвертованию, замененному позднее повешением. Казнили осужденных 13 июля 1826 г. на кронверке Петропавловской крепости. Остальные декабристы, в том числе и те, кого первоначально приговорили к смертной казни (С.П. Трубецкой, Н.М. Муравьев, Е.П. Оболенский, И.И. Пущин и другие) были сосланы на каторжные работы в Сибирь, в действующую армию на Кавказ и т. д.

Историография движения декабристов

В русской исторической науке позапрошлого века сформировались три основных концепции декабризма: охранительная, либеральная и революционная.
Классическим образцом охранительной концепции стала работа барона М.А. Корфа «Восшествие на престол императора Николая I» (1848), в которой декабристы были представлены скопищем настоящих безумцев, посягнувших на государственные и национальные устои России.
Тогда же в противовес охранительной концепции возникла революционная концепция декабризма, родоначальником которой стал А.И. Герцен, который в своих работах «О развитии революционных идей в России» (1851) и «Русский заговор 1825 года» (1857) всячески превозносил величие и значение декабристов как первых русских революционеров и истинных радетелей за народное благо.
Несколько позднее сформировалась либеральная концепция декабризма, у истоков которой стоял академик А.Н. Пыпин, который в своей известной работе «Общественное движение в России при Александре I» (1871) отрицал революционный характер движения декабристов и утверждал, что их воззрения ничем не отличались от воззрений самого Александра I. Само же восстание декабристов он называл взрывом отчаяния и чистой случайностью.
В начале XX в. в русле неолиберальной доктрины были написаны работы М.В. Довнар-Запольского «Идеалы декабристов» (1907) и В.И. Семевского «Политические и общественные идеи декабристов» (1909), которые утверждали, что на Сенатской площади произошла неудачная буржуазная революция.
В советской исторической науке все изучение движения декабристов базировалось исключительно на хорошо известных ленинских оценках и выводах, который так же, как А.И. Герцен, считал декабристов первыми русскими революционерами и резко критиковал их за отрыв от народных масс. Если говорить по существу, то самыми серьезными исследованиями по данной теме были работы академиков Н.М. Дружинина «Декабрист Никита Муравьев» (1933) и М.В. Нечкиной «Движение декабристов» (1955), а также современные труды профессоров В.А. Федорова «Декабристы и их время» (1992) и Л.М. Ляшенко «Декабристы: новый взгляд» (2011).
В настоящее время многие авторы (Я. Гордин, М. Сафонов), реанимировав старую концепцию академиков С.Ф. Платонова и М.Н. Покровского, называют события 14 декабря 1825 г. неудавшимся дворцовым переворотом.
Вне русла каких-либо научных концепций декабристского движения находится точка зрения академика В.О. Ключевского, который, являясь непревзойденным мастером слова, как всегда изящно заявил, что «декабризм — это незначительное историческое событие, обросшее литературой».


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *