Смерть И.В. Сталина и борьба за власть в 1953-1955 гг.


Смерть И.В. Сталина и новая расстановка сил в верхних эшелонах власти в начале 1953 г.

В настоящее время появилось огромное количество разного рода литературы, в которой излагаются совершенно разные версии смерти И.В. Сталина, в том числе его преднамеренного убийства, организованного либо Л.П. Берия (А. Авторханов, Э. Радзинский), либо Н.С. Хрущевым (Ю. Мухин, Е. Прудникова). Конечно, данная версия нуждается в серьезном изучении, но ряд симптомов сталинской болезни, в частности, постоянные скачки температуры и кровавая рвота, дают все основания предполагать, что И.В. Сталин был действительно отравлен каким-то белковым ядом (Ю. Жуков, Д. Кобба). Кроме того, ряд авторов (Ю. Мухин) ставят под сомнение и официальную дату смерти вождя и утверждают, что он скончался на три дня раньше объявленной даты его смерти, то есть 2 марта 1953 г.

По мнению ряда известных российских историков (Ю. Жуков), при тщательном сопоставлении и анализе всех известных свидетельств болезни и смерти И. Сталина и при отсутствии реальных исторических источников, в том числе полноценной медицинской карты вождя, до сих пор недоступной для исследователей, можно с уверенностью констатировать только следующее.

1) Тяжелейший геморрагический инсульт у И.В. Сталина произошел не в ночь на 2 марта 1953 г., как указывалось в официальном правительственном сообщении, а сутками ранее — 1 марта 1953 г.

2) По вине Г.М. Маленкова, Л.П. Берия и других руководителей страны первая медицинская помощь вождю была оказана только спустя длительное время, когда днем 2 марта на сталинскую дачу прибыли академики А.Л. Мясников, П.Е. Лукомский, Е.М. Тареев и другие медицинские светила, которые диагностировали у него тяжелейший геморрагический инсульт с обширным кровоизлиянием в мозг.

3) 3 марта 1953 г., когда всем стало очевидно, что смерть И.В. Сталина является лишь вопросом времени, было подготовлено официальное правительственное сообщение о болезни вождя и созвано Бюро Президиума ЦК, на котором состоялось предварительное распределение властных полномочий. По мнению историков (Ю. Жуков, Д. Кобба), на этом заседании был изменен состав правящего «триумвирата», в который, наряду с Г.М. Маленковым и Л.П. Берия, вместо Н.А. Булганина вошел В.М. Молотов, который до сих пор в представлении многих советских людей был самым реальным наследником И.В. Сталина и обладал наибольшим авторитетом в стране.

4) 4 марта 1953 г. состоялось заседание Бюро Президиума ЦК, на котором были приняты следующие решения:

а) Бюро Президиума ЦК и Президиум ЦК были объединены в один орган — Президиум ЦК, а количество его полноправных членов резко сокращено с 25 до 11 человек — И.В. Сталин, Г.М. Маленков, Л.П. Берия, В.М. Молотов, Н.А. Булганин, Н.С. Хрущев, К.Е. Ворошилов, Л.М. Каганович, А.И. Микоян, М.Г. Первухин и М.З. Сабуров;

б) Бюро Президиума и Президиум Совета Министров СССР были объединены в один орган — Президиум СМ СССР в составе нового председателя Совета Министров СССР Г.М. Маленкова и его первых заместителей Л.П. Берия, В.М. Молотова, Н.А. Булганина и Л.М. Кагановича.

5) 5 марта 1953 г. за час до официальной кончины И.В. Сталина состоялось совместное заседание Пленума ЦК КПСС, Совета Министров СССР и Президиума Верховного Совета СССР, которые де-юре утвердили все принятые накануне решения. Кроме того, на этом заседании были приняты и другие важные решения:

а) На базе Министерства государственной безопасности и Министерства внутренних дел создавалось единое Министерство внутренних дел СССР, которое возглавил маршал Л.П. Берия, а его первыми заместителями были назначены генерал-полковники Б.З. Кобулов и С.Н. Круглов.

б) На базе Министерства вооруженных сил и Министерства военно-морского флота создавалось единое Министерство обороны СССР, руководителем которого был назначен маршал Н.А. Булганин, первыми заместителями которого стали маршалы А.М. Василевский и Г.К. Жуков.

в) Министерство иностранных дел СССР вновь возглавил В.М. Молотов, первыми заместителями которого были назначены А.Я. Вышинский и Я.А. Малик.

г) Наиболее важные отраслевые ведомства, которые были существенно укрупнены — министерства внутренней и внешней торговли, машиностроения, транспортного и тяжелого машиностроения и электростанций и электропромышленности, соответственно, возглавили проверенные сталинские управленцы — А.И. Микоян, М.З. Сабуров, В.А. Малышев и М.Г. Первухин.

д) Состав Секретариата ЦК был сокращен с 11 до 5 человек — Г.М. Маленкова, Н.С. Хрущева, С.Д. Игнатьева, П.Н. Поспелова и Н.Н. Шаталина, что, по мнению ряда авторов (Ю. Жуков), красноречиво говорило об аппаратной победе Г.М. Маленкова, поскольку последние трое секретарей ЦК были прямыми его креатурами и проводниками его взглядов. Вместе с тем, Н.С. Хрущев, будучи наряду с Г.М. Маленковым членом нового Президиума ЦК, априори становился фактически вторым секретарем ЦК.

е) Новым председателем Президиума Верховного Совета СССР был назначен маршал К.Е. Ворошилов, а прежний, чисто номинальный, глава советского государства Н.М. Шверник был перемещен на пост председателя ВЦСПС.

Таким образом, еще при живом И.В. Сталине в верхних эшелонах власти произошла новая рокировка сил, которая, по мнению большинства историков (Е. Зубкова, Ю. Жуков, А. Пыжиков, А. Данилов, Р. Пихоя):

• положила начало новому периоду в политической жизни страны, который принято называть эпохой «коллективного руководства»;

• серьезно укрепила позиции двух самых влиятельных членов узкого руководства — Г.М. Маленкова и Л.П. Берия;

• возвратила на политический олимп практически отстраненных от власти представителей старой сталинской гвардии — В.М. Молотова, К.Е. Ворошилова, А.И. Микояна и Л.М. Кагановича.

Вечером 5 марта 1953 г. И.В. Сталин скончался, и по решению узкого руководства была создана комиссия по организации его похорон во главе с Н.С. Хрущевым. Последующие три дня в Колонном зале Дома Союзов СССР проходила церемония прощания с вождем, участниками которой стали сотни тысяч советских людей и десятки государственных и партийных делегаций различных стран мира. 9 марта на Красной площади в Москве состоялась торжественная церемония погребения тела вождя в Мавзолей В.И. Ленина — И.В. Сталина, на которой поочередно выступили члены правящего «триумвирата» — Г.М. Маленков, Л.П. Берия и В.М. Молотов.

Личность И.В. Сталина была и остается настолько противоречивой, что до сих пор существует гигантское разнообразие оценок и мнений о месте и роли этого человека в истории не только нашей страны, но и всего человечества. Но совершенно очевидно, что посмертный суд над И.В. Сталиным, начатый Н.С. Хрущевым, а затем продолженный М.С. Горбачевым и их многочисленными либеральными клевретами, не могут затмить великие дела и поступки этого человека. Неслучайно, что именно сейчас, когда антисталинская истерия и откровенная ложь о сталинской эпохе вышла за рамки всех приличий и разумных границ, вождю стали приписывать такие знаменитые слова, сказанные им в беседе с А.М. Коллонтай: «Я знаю, что после моей смерти на мою могилу нанесут кучу мусора, но ветер истории безжалостно развеет ее в прах». И вождь, как это часто бывало, оказался прав.

Даже такой заклятый враг нашей страны и нашего общественного строя, каким был У. Черчилль, писал: «Большим счастьем для России было то, что в годы тяжелых испытаний ее возглавлял гений и непоколебимый полководец Сталин. Он был выдающейся личностью, импонирующей жестокому времени, в котором протекала его жизнь. В его произведениях всегда звучала исполинская сила. Эта сила настолько велика в Сталине, что он казался неповторимым среди руководителей государств всех времен и народов. Он был непревзойденным мастером находить в трудную минуту путь выхода из самых безвыходных положений. Сталин был величайшим, не имеющим себе равных диктатором. Он принял Россию с сохой, а оставил оснащенной атомным оружием. Нет! Что бы ни говорили о нем, таких людей история и народы не забывают».

Борьба за власть в первой половине 1953 г. и поражение Л.П. Берия

По мнению ряда авторов (Ю. Жуков), уже на сталинских похоронах в выступлениях Г.М. Маленкова, Л.П. Берия и В.М. Молотова в предельно концентрированном виде были предложены две правительственных программы, содержащих два диаметрально противоположных политических курса на ближайшую перспективу.

Первый курс, изложенный Г.М. Маленковым, строился на необходимости немедленной разрядки международной напряженности и перенаправления основных сил и средств на ускоренные темпы развития отраслей «группы Б» и быстрого повышения жизненного уровня советского народа.

Второй курс, содержащийся в речах Л.П. Берия и В.М. Молотова, исходил из твердой убежденности, что в обозримом будущем международная напряженность будет только нарастать, что рано или поздно она перерастет в вооруженный конфликт между двумя мировыми системами, поэтому следует сохранить приоритет за развитием отраслей «группы А», прежде всего, тяжелой и оборонной промышленностью.

14 марта 1953 г. состоялся Пленум ЦК, на котором, как полагает ряд авторов (Р. Пихоя, Ю. Жуков), произошло резкое урезание властных полномочий Г.М. Маленкова, поскольку накануне его созыва Л.П. Берия, В.М. Молотов, Н.А. Булганин, Н.С. Хрущев, Л.М. Каганович и А.И. Микоян приняли решение о разделении государственной и партийной власти и прекращении порочной практики совмещения двух высших постов в одних руках. В соответствии с этим решением Г.М. Маленков был освобожден от должности секретаря ЦК, что фактически делало новым главой партии Н.С. Хрущева, который остался единственным членом Президиума ЦК в составе Секретариата ЦК.

По оценкам современных историков (Ю. Жуков, Р. Пихоя, Е. Зубкова, А. Пыжиков, Ю. Аксютин), в процессе раздела власти возникла ее новая конструкция, получившая в современной историографии емкое название «коллективное руководство». Формально в состав этого руководства входили все члены обновленного Президиума ЦК — Г.М. Маленков, Л.П. Берия, В.М. Молотов, Н.А. Булганин, К.Е. Ворошилов, А.И. Микоян, Л.М. Каганович,  М.Г. Первухин и З.М. Сабуров, но реальный расклад сил был несколько иным.

1) Наиболее сильные позиции в новом руководстве занимали председатель Совета Министров СССР Г.М. Маленков, который председательствовал на заседаниях Президиума ЦК, и первый заместитель председателя Совета Министров СССР и министр внутренних дел маршал Л.П. Берия, который получил полный контроль за всеми карательными органами и спецслужбами страны, включая госбезопасность.

2) Достаточно сильные позиции в новом руководстве занимали первый заместитель председателя Совета Министров СССР и министр иностранных дел В.М. Молотов, который продолжал оставаться самой популярной фигурой в стране, первый заместитель председателя Совета Министров СССР и министр обороны маршал Н.А. Булганин, который контролировал всю армию и флот, и секретарь ЦК КПСС Н.С. Хрущев, который фактически руководил всей текущей работой Секретариата ЦК.

3) Третий эшелон власти составляли заместители председателя Совета Министров СССР Л.М. Каганович, А.И. Микоян, М.Г. Первухин и М.З. Сабуров, которые курировали важнейшие отраслевые структуры управления экономикой страны, но реальным политическим весом практически не обладали. Такой же номинальной фигурой был и новый председатель Президиума Верховного Совета СССР маршал К.Е. Ворошилов, который, будучи чисто номинальным главой советского государства, свой реальный политический потенциал полностью исчерпал. Тем не менее, именно эта группировка в Президиуме ЦК могла оказать реальное влияние на общую расстановку сил в случае новой борьбы за власть в «коллективном руководстве», поскольку тогда были восстановлены еженедельные заседания этого органа и вместо принципа согласования решений возвращен принцип их голосования.

Таким образом, в результате закулисных махинаций к середине марта 1953 г. основные рычаги власти были сконцентрированы в руках нового узкого руководства. По мнению одних авторов (Ю. Жуков), это была «четверка» в составе Г.М. Маленков — Л.П. Берия — В.М. Молотов — Н.А. Хрущев. По мнению других авторов (Р. Пихоя, Ю. Аксютин, А. Пыжиков), — это был «триумвират» в составе Г.М. Маленков — Л.П. Берия — Н.С. Хрущев.

С первых шагов новое руководство страны в довольно мягкой форме попыталось дистанцироваться от сталинского «культа личности» и направило соответствующие шифровки во все республиканские, краевые и областные комитеты партии. Этот шаг был связан не столько с осуждением самого культа личности И.В. Сталина, сколько с невозможностью новых лидеров страны трансформировать этот культ в условиях «коллективного руководства» на кого-то из конкретных членов нового советского руководства, в частности, Г.М. Маленкова.

В этих условиях необычайно бурную деятельность развил маршал Л.П. Берия. В середине марта 1953 г. по его предложению были заменены руководители 83 республиканских министерств и краевых и областных управлений МВД СССР. Такая активность Л.П. Берия сразу вызвала крайнюю настороженность его коллег по Президиуму ЦК, особенно Н.С. Хрущева и Н.А. Булганина, которые прекрасно отдавали себе отчет в реальных возможностях Л.П. Берия узурпировать власть.

Первыми своими приказами Л.П. Берия создал две следственные группы под руководством своих заместителей, генерал-полковников С.Н. Круглова и Б.З. Кобулова по пересмотру целого ряда уголовных дел, находящихся в производстве разных отделов и управлений объединенного Министерства внутренних дел. Такие рабочие группы сразу занялись самыми громкими уголовными делами — «врачей-убийц», «чекистов», «артиллеристов», «авиаторов» и других, в результате которых на свободу вскоре вышли основные фигуранты этих дел — главный маршал авиации А.А. Новиков, генерал-полковник А.И. Шахурин, маршал артиллерии Н.Д. Яковлев, генерал-полковник И.И. Волкотрубенко, академики В.Н. Виноградов, П.И. Егоров, М.С. Вовси, Я.Г. Этингер, Б.Б. Коган и другие. Однако главные фигуранты «дела чекистов» — генералы В.С. Абакумов, Н.С. Власик, А.Г. Леонов, В.И. Комаров и другие остались в заключении.

Одновременно Л.П. Берия инициировал реформу МВД СССР, в результате которой в Министерство юстиции СССР был передан весь ГУЛАГ, а в промышленные и строительные министерства страны отошли восемнадцать гигантских хозяйственных управлений, в том числе Дальстрой, Спецстрой, Гидропроект и другие. Однако его предложение об ограничении прав Особого совещания при МВД СССР по вынесению внесудебных приговоров было отвергнуто всеми членами Президиума ЦК, и особенно рьяно Н.С. Хрущевым, В.М. Молотовым и Н.А. Булганиным.

В конце марта 1953 г. Л.П. Берия направил в Президиум ЦК КПСС записку о проведении амнистии, в которой отмечалось, что во всех исправительно-трудовых лагерях, тюрьмах и колониях содержится более 2 520 000 заключенных. Из этого числа более 220 000 зеков являются особо опасными государственными преступниками — шпионами, диверсантами, террористами, троцкистами и националистами, которые не подлежали амнистии. Не подлежали амнистии и все лица, осужденные на срок свыше 5 лет, по тяжким статьям за разбои, грабежи и убийства, а также за тяжкие экономические преступления, связанные с расхищением государственных денег и собственности. Президиум ЦК одобрил предложения Л.П. Берия и на следующий день «президент» страны маршал К.Е. Ворошилов подписал указ Президиума ВС СССР «Об амнистии», по которому на свободу вышло более 1 000 000 человек, а производство по 400 000 уголовных дел было прекращено.

Пересмотр громких уголовных дел дал Л.П. Берии сильный козырь в борьбе за власть, поскольку за многими уголовными делами замаячила фигура бывшего министра государственной безопасности СССР и нынешнего секретаря ЦК С.Д. Игнатьева, который был прямой креатурой Г.М. Маленкова. В конечном счете его пришлось сдать, и в апреле 1953 г. С.Д. Игнатьев был не только снят с поста секретаря ЦК, но и опросом всех его членом выведен из состава самого ЦК.

В этой ситуации Г.М. Маленков предложил узкому руководству созвать внеочередной Пленум ЦК и обсудить на нем вопрос о культе личности И.В. Сталина.

В частности, он подготовил проект постановления Пленума ЦК по данному вопросу, в котором особый акцент был сделан не на личности усопшего вождя, а на непременном сохранении и укреплении принципов «коллективного руководства». Как предполагает ряд авторов (Р. Пихоя, Ю. Жуков), эти действия Г.М. Маленкова носили во многом превентивный характер, поскольку бурная деятельность Л.П. Берия по пересмотру громких уголовных дел могла рикошетом ударить именно по нему. Однако «мягкая десталинизация» была отвергнута узким руководством страны, и новый Пленум ЦК так и не состоялся, хотя само имя И.В. Сталина практически полностью исчезло со страниц партийных газет и журналов.

Внутри Президиума ЦК обозначился раскол по вопросам внешней политики, в частности, оценки ситуации в ГДР. В мае 1953 г. здесь начались массовые беспорядки, связанные с тем, что восточногерманское руководство еще в июле 1952 г. взяло курс на форсированное строительство основ социализма в стране. На одном из заседаний Президиума ЦК состоялось бурное обсуждение письма, адресованного В. Ульбрихту, В. Пику и О. Гротеволю, на котором произошла крупная перепалка между В.М. Молотовым и Л.П. Берия. Глава МИД СССР полагал, что надо убедить германских товарищей повременить с ускоренными темпами строительства социализма в стране, но, безусловно, сохранить сам стратегический курс на его строительство. А глава МВД СССР предложил отказаться от строительства социализма в ГДР как абсолютно бесперспективной затеи и взять курс на создание внеблоковой нейтральной Германии. Это предложение крайне обеспокоило всех членов узкого руководства страны, которые единым фронтом выступили в поддержку В.М. Молотова.

Несмотря на эти обстоятельства, по мнению ряда авторов (Ю. Жуков), именно тогда началось сближение Н.С. Хрущева с Л.П. Берия, который, опасаясь дальнейшего пересмотра громких уголовных дел, оказался в очень уязвимом положении. Дело в том, что в мае-июне 1953 г. по инициативе Л.П. Берия начался пересмотр основ национальной политики в раде союзных республик, где продолжалась упорная борьба с антисоветским националистическим подпольем. Именно тогда были приняты постановления ЦК по вопросам Украинской, Белорусской, Литовской и Латвийской ССР и со своих постов сняты первые секретари ЦК КПУ и ЦК КПБ Л.Г. Мельников и Н.С. Патоличев, которых заменили «национальными кадрами» — украинцем А.Н. Кириченко и белорусом М.В. Зимяниным.

По мнению большинства авторов (Р. Пихоя, Р. Медведев, Ю. Аксютин, А. Пыжиков, Е. Зубкова), эти новации Л.П. Берия вызвали резко негативную реакцию всех членов Президиума ЦК, которые сплотились в единый «антибериевский блок».

Другие авторы (Ю. Жуков) утверждают, что данные решения лишь вскрыли «старый гнойник» и привели к образованию внутри Президиума ЦК двух откровенно враждебных группировок — Г.М. Маленков — М.Г. Первухин — М.З. Сабуров с одной стороны, и Л.П. Берия — В.М. Молотов — Н.С. Хрущев — Н.А. Булганин с другой стороны. Остальные трое членов Президиума ЦК — Л.М. Каганович, А.И. Микоян и К.Е. Ворошилов заняли выжидательную позицию и были готовы примкнуть к любой победившей группировке.

Дальнейшие события борьбы за власть до сих пор окутаны плотной завесой тайны. Существует две версии произошедших событий. Сразу оговоримся, что ни одна из них не подтверждена документально, и они носят гипотетический характер, поскольку основаны исключительно на мемуарах Н.С. Хрущева, А.И. Микояна, В.М. Молотова, Г.К. Жукова, К.С. Москаленко и других участников тех событий.

Одни авторы (Р. Пихоя, Б. Соколов, А. Пыжиков, Ю. Аксютин) целиком и полностью разделяют версию Н.С. Хрущева, подробно изложенную им в своих «Воспоминаниях», что именно он был главным инициатором подготовки и реализации заговора по смещению Л.П. Берия. Якобы именно он в ходе закулисных переговоров, заручившись поддержкой большинства членов узкого руководства страны — Г.М. Маленкова, Н.А. Булганина, В.М. Молотова, Л.М. Кагановича и К.Е. Ворошилова, лично руководил арестом Л.П. Берия на заседании Президиума ЦК, который по его приказу непосредственно осуществили маршал Г.К. Жуков, генерал-полковники К.С. Москаленко, П.Ф. Батицкий, М.И. Неделин и другие старшие офицеры.

Другие авторы (Ю. Жуков) выдвинули версию, что возможным инициатором ареста Л.П. Берия был Г.М. Маленков, который, опираясь на поддержку маршала Г.К. Жукова и верных ему генералов И.А. Серова, С.Н. Круглова и К.С. Москаленко, заставил Н.С. Хрущева, Н.А. Булганина и А.И. Микояна поддержать его на заседании Президиума ЦК и проголосовать за арест Л.П. Берия.

Официальная хроника тех событий была такова. За неделю до своего ареста Л.П. Берия по поручению Г.М. Маленкова срочно выехал из Москвы в ГДР, где массовые акции протеста переросли в вооруженное противостояние сторон. Командование СГВГ во главе с генералом армии А.А. Гречко, блестящей карьере которого во многом способствовал сам Л.П. Берия, не смогло вовремя отреагировать на стремительное развитие ситуации в стране, и события в Берлине и других германских городах приобрели угрожающий характер. В этих условия Л.П. Берия решительными мерами навел порядок в столице ГДР и через три дня возвратился в Москву.

Пользуясь отсутствием Л.П. Берия, заговорщики окончательно оговорили план своих действий и реализовали его в конце июня 1953 г. на заседании Президиума ЦК. В ходе заседания по сигналу Г.М. Маленкова в зал вошли маршал Г.К. Жуков, генерал-полковники К.С. Москаленко, М.И. Неделин, П.Ф. Батицкий и другие старшие офицеры, которые произвели арест Л.П. Берия и вывезли его с территории Кремля в Лефортово, в штаб Московского округа ПВО, которым командовал генерал К.С. Москаленко.

Только через неделю после этих событий, 2-7 июля 1953 г. состоялся Пленум ЦК, на котором обсуждался вопрос «О преступных антипартийных и антигосударственных действиях Берия Л.П.». В ходе состоявшихся «прений» бывший всесильный глава спецслужб совершенно надуманно был обвинен в шпионаже, антисоветской деятельности, моральном разложении и других смертных грехах, и задним числом снят со всех своих государственных и партийных постов. Кроме того, на этом Пленуме ЦК из уст Г.М. Маленкова и Н.С. Хрущева впервые прозвучали критика культа личности И.В. Сталина и осуждение необоснованных репрессий, вина за которые целиком была возложена на Л.П. Берия, который одним махом был превращен в символ этих репрессий. Тогда же на него было заведено и уголовное дело.

Вскоре по делу Л.П. Берия были арестованы ряд его ближайших соратников — министр Госконтроля СССР генерал армии В.Н. Меркулов, первый заместитель министра внутренних дел СССР генерал-полковник Б.З. Кобулов, начальник 3-го Управления МВД СССР генерал-полковник С.А. Гоглидзе, начальник Следственного управления МВД СССР генерал-лейтенант Л.Е. Влодзимирский, министр внутренних дел УССР генерал-лейтенант П.Я. Мешик и министр внутренних дел ГССР генерал-лейтенант В.Г. Деканозов.

Находясь в заключении, Л.П. Берия направил на имя своих бывших соратников три письма, в которых умолял их не допустить внесудебной расправы над ним и назначить специальную комиссию для тщательного рассмотрения его дела. Обращаясь лично к Г.М. Маленкову и Н.С. Хрущеву, он просил их «не губить своего невинного старого друга» и помочь ему. Эти письма не возымели никакого действия и остались без ответа. А в конце декабря 1953 г. под председательством маршала И.С. Конева состоялся судебный процесс, и по приговору Специального судебного присутствия Верховного суда СССР Л.П. Берия и все его подельники были расстреляны.

В настоящее время многие авторы (С. Берия, Ю. Мухин, С. Кремлев) ставят под сомнение официальную версию изложенных событий и утверждают, что никакого ареста и суда над Л.П. Берия не было, что все это сплошные инсценировки, а на самом деле Л.П. Берия был убит при попытке его ареста в своем особняке на Садово-Кудринской улице в Москве еще в июне 1953 г.

Долгие годы, вплоть до начала 1990-х гг. изучение личности и деяний Л.П. Берия находилось под негласным запретом, поскольку в официальной советской пропаганде благодаря Н.С. Хрущеву и его клевретам за этим человеком закрепилась стойкая репутация злодея и палача, одного из самых кровавых сатрапов сталинской эпохи. Позднее, уже при М.С. Горбачеве и Б.Н. Ельцине стараниями тех же партийных идеологов, в частности, А.Н. Яковлева, и продажной либеральной интеллигенции, которая с гордостью именует себя сомнительным титулом «шестидесятники» (Б. Соколов, О. Хлевнюк, Р. Медведев, Л. Млечин, А. Антонов-Овсеенко), этот демонизированный образ Л.П. Берия был окрашен еще более кровавыми и зловещими красками, и в результате в общественном сознании сложился крайне негативный образ этого человека.

По справедливому мнению ряда авторов (Р. Пихоя, Ю. Жуков, Д. Кобба), все эти оценки весьма далеки от истины. Конечно, Л.П. Берия, как и все тогдашние члены политического руководства страны, был отчасти повинен в политических репрессиях сталинской эпохи, но в гораздо меньшей степени, чем, например, тот же Н.С. Хрущев. Именно на совести этого «реформатора» и разоблачителя культа личности, столь превозносимого нашей продажной интеллигенцией, гораздо больше невинно убиенных душ в Москве и на Украине, где в годы политических репрессий этот деятель возглавлял партийные организации и истерически требовал беспощадного разоблачения врагов народа и самого сурового наказания для них.

В последнее время документально установлено, что именно Л.П. Берия, наряду с Г.М. Маленковым и А.А. Ждановым, стали инициаторами прекращения массовых репрессий в конце 1938 г., маховик которых был раскручен региональными партийными вождями типа Н.С. Хрущева. Кроме того, благодаря работам ряда авторов (Н. Симонов, Д. Кобба, Д. Холловей) сегодня совершенно очевидным стал огромный вклад Л.П. Берия как куратора всех разведслужб, ряда военных наркоматов и руководителя Оперативного бюро ГКО, в победу над фашизмом в годы войны, и как главы Специального комитета в создание ракетно-ядерного щита нашей страны, которые не могут отрицать даже самые злобные его клеветники.

Что касается общей оценки личности Л.П. Берия как потенциального лидера страны, то в последнее время появилось целая когорта авторов (Ю. Мухин, Е. Прудникова, С. Кремлев), которые, являясь его откровенными апологетами, пытаются представить поверженного маршала выдающимся государственным деятелем, у которого была собственная программа реформ, носившая либеральный характер.

Другие авторы, прежде всего, профессиональные историки (Д. Кобба, Р. Пихоя), которые документально, опираясь на богатый архивный материал, изучали многогранную деятельность Л.П. Берия, утверждают, что он был очень толковым и сильным администратором и, выполняя самые ответственные поручения партии и правительства, не провалил ни одного поручения, данных ему лично И.В. Сталиным или Политбюро ЦК. Вместе с тем, вряд ли Л.П. Берия был выдающимся государственным деятелем, поскольку довольно слабо разбирался в глобальных вопросах внешней и внутренней политики, а многие проекты его реформ, в частности, в национальном вопросе и внешней политике носили ощутимый привкус авантюризма.

Новый раунд борьбы за власть в 1953-1955 гг. и поражение Г.М. Маленкова

Устранение Л.П. Берия, создание советской водородной бомбы и возобновление работы СМИД великих держав для обсуждения германского вопроса позволили Г.М. Маленкову пойти ва-банк и приступить к реализации своей экономической программы. В начале апреля 1953 г. при рассмотрении на Президиуме ЦК бюджета страны на текущий хозяйственный год он дал прямое указание министру финансов СССР А.Г. Звереву срочно изменить сам принцип финансирования экономики и перераспределить большую часть средств с тяжелой и оборонной промышленности на сельское хозяйство и легкую промышленность.

В начале августа 1953 г. на сессии Верховного Совета СССР А.Г. Зверев представил новый бюджет, основные параметры которого выглядели следующим образом: из общей суммы расходной части бюджета в размере 530 млрд рублей около 83 млрд направлялись в тяжелую промышленность, более 70 млрд — в легкую промышленность, 40 млрд — в сельское хозяйство, 110 млрд — на содержание всех силовых структур, что было в два раза меньше, чем в прошлом году, и 130 млрд — на развитие образования, медицины, науки, культуры и социальной сферы, что, напротив, было значительно выше прошлогодних лет.

Обосновывая столь кардинальное изменение государственного бюджета, Г.М. Маленков заявил, что:

• с 1925 г., то есть окончания восстановительного периода, производство средств производства увеличилось в 55 раз, а производство средств потребления — только в 12 раз;

• в настоящее время главной задачей партии и правительства является максимально быстрое, в течение двух-трех лет, существенное повышение жизненного уровня народа и обеспечение простых советских людей высококачественными и дешевыми промышленными и продовольственными товарами.

Последнюю задачу предполагалось решить не только за счет крупного перераспределения бюджетных средств, но и за счет существенного пересмотра политики партии в аграрном вопросе. В частности, в своем докладе Г.М. Маленков предложил:

• существенно повысить государственные закупочные цены на всю аграрную продукцию;

• установить единый сельхозналог на все категории крестьянских хозяйств, независимо от доходов единоличников и колхозников;

• списать все недоимки по прежним налоговым платежам;

• прекратить политику ликвидации личных приусадебных хозяйств колхозников.

В сентябре 1953 г. все эти воистину революционные новации в экономической сфере были утверждены на очередном Пленуме ЦК. По не установленным пока причинам доклад на этом форуме делал не Г.М. Маленков, а Н.С. Хрущев, которого в конце работы Пленума избрали первым секретарем ЦК.

По утверждению ряда современных авторов (Ю. Аксютин, А. Пыжиков), решение об учреждении этого поста, не предусмотренного партийным уставом, было принято спонтанно, без предварительного обсуждения на Президиуме ЦК, с подачи самого Н.С. Хрущева и его старинного соратника и друга маршала Н.А. Булганина.

По мнению ряда историков (Р. Пихоя, Ю. Жуков), это событие не только разрушило всю конструкцию «коллективного руководства», но и дало старт коренному переделу власти от государственных структур, то есть правительства и министерств, к центральному партийному аппарату и партийному секретарскому корпусу на местах. Иными словами, реформа, проведенная И.В. Сталиным на предвоенном Пленуме ЦК в феврале 1941 г., была фактически отменена и партия вновь стала руководящей и направляющей силой советского общества.

В ноябре 1953 г. на расширенном совещании в ЦК, которое было посвящено кадровым вопросам, Н.С. Хрущев получил новый козырь в борьбе за власть. Во время выступления Г.М. Маленкова, который обрушился с резкой критикой на партийный аппарат и обвинил его в перерождении, Н.С. Хрущев грубо прервал его и заявил, что этот аппарат наша главная опора, чем сорвал восторженные аплодисменты всего зала.

В декабре 1953 г. произошел еще один малоизвестный, но очень примечательный факт: Н.С. Хрущев был утвержден председателем нового Бюро Совета Министров СССР по сельскому хозяйству и заготовкам и введен в состав Президиума Совета Министров СССР. Таким образом, он не только вновь укрепил свое положение в высших эшелонах власти, но и стал единственным членом Президиума ЦК, который совместил в своих руках два руководящих поста в партии и правительстве.

В феврале 1954 г. состоялся очередной Пленум ЦК, целиком посвященный вопросам сельского хозяйства страны. Как полагает ряд историков (Ю. Жуков), этот партийный форум стал поворотным пунктом в судьбе нового экономического курса, провозглашенного Г.М. Маленковым всего полгода назад. Именно на нем с подачи Н.С. Хрущева был сделан акцент на экстенсивных методах подъема сельского хозяйства страны и принято постановление ЦК «Об освоении целинных и залежных земель».

В марте 1954 г. произошло новое усиление позиций Н.С. Хрущева, с подачи которого из состава МВД СССР, который после ареста Л.П. Берия вновь возглавил генерал-полковник С.Н. Круглов, было выведено управление госбезопасности. На базе этого управления был создан Комитет государственной безопасности при Совете Министров СССР, который возглавил генерал-полковник И.А. Серов, бывший еще до войны, в бытность Н.С. Хрущева первым секретарем ЦК КП(б)У, наркомом внутренних дел УССР.

Тогда же, в марте 1954 г. Г.М. Маленков допустил очередную оплошность, которая в конечном итоге стоила ему высшего государственного поста. На предвыборном собрании в новый Верховный Совет СССР он заявил, что новая мировая война при наличии ядерного оружия и современных средствах его доставки приведет к «гибели всей мировой цивилизации», чем навлек на себя гнев В.М. Молотова, Н.С. Хрущева, Н.А. Булганина и других консерваторов в Президиуме ЦК. Главу правительства сразу обвиняли в том, что его заявление не способствует активной борьбе против преступных замыслов империалистов и может породить у советских людей чувство апатии и безысходности. Более того, в ответном выступлении Н.С. Хрущева было заявлено о том, что если империалисты предпримут попытку развязать новую мировую войну, то она станет могилой уже не для отдельных капиталистических государств, а для всего мирового капитализма.

Окончательно новый курс Г.М. Маленкова был похоронен в апреле 1954 г., когда на сессии Верховного Совета СССР утверждали новый союзный бюджет на текущий хозяйственный год. Из 563 млрд рублей расходной части бюджета на тяжелую промышленность выделялось почти 80 млрд рублей, на сельское хозяйство — 62 млрд, а на легкую промышленность — только 14 млрд рублей. При этом расходы на все силовые структуры вновь резко возросли — более чем в два раза и составили около 252 млрд рублей.

Более того, по информации ряда историков (Ю. Аксютин, А. Пыжиков), уже с ноября 1954 г. все документы Совета Министров СССР стали оформляться за подписью маршала Н.А. Булганина, а сам Г.М. Маленков был де-факто отстранен от ведения заседаний Президиума ЦК. Окончательный удар по позициям Г.М. Маленкова был нанесен в декабре 1954 г. в ходе судебного процесса над В.С. Абакумовым и его подельниками, которые были обвинены в фабрикации «ленинградского дела», за которым якобы стоял Г.М. Маленков.

В январе 1955 г. в «Правде» была опубликована статья ее главного редактора Д.Т. Шепилова «Генеральная линия партии и вульгаризаторы марксизма». В ней без упоминания имени самого Г.М. Маленкова резко критиковались его «глубоко ошибочные и политически вредные взгляды» на социалистическую экономику, предусматривающие необходимость преимущественного развития отраслей группы «Б», т.е. производства средств потребления. В конце января 1955 г. состоялся Пленум ЦК, на котором Г.М. Маленков был освобожден от обязанностей председателя Совета Министров СССР. В разгромных выступлениях ряда членов высшего руководства, в том числе В.М. Молотова и Н.С. Хрущева, бывший глава советского правительства был:

• обвинен в отсутствии опыта практической работы и неумении организовать работу Совета Министров;

• назван «политически незрелым большевиком», который, рассчитывая на приобретение дешевой популярности, стал продвигать «правооппортунистические взгляды по коренным вопросам развития советской экономики, требуя преимущественных темпов развития легкой индустрии»;

• обвинен в пропаганде вредного и ошибочного лозунга о гибели мировой цивилизации в случае начала новой мировой войны;

• впервые публично обвинен в тесном сотрудничестве с Л.П. Берией и прямой политической ответственности за фабрикацию «ленинградского дела», «дела артиллеристов» и других громких политических дел.

Г.М. Маленков, не обладавший ярко выраженными лидерскими качествами и не сумевший создать мощную группировку своих сторонников внутри ЦК, смирился со своей отставкой и заявил, что воспринял решение Пленума ЦК как принципиальное и справедливое решение. Поэтому, покаявшийся и обещавший исправить свои грубые ошибки, он был оставлен в составе Президиума ЦК и рекомендован на пост заместителя председателя Совета Министров СССР и министра электростанций СССР. В начале февраля 1955 г. Верховный Совет СССР назначил давнишнего соратника Н.С. Хрущева маршала Н.А. Булганина новым руководителем Совета Министров СССР, а на освобожденный им пост министра обороны СССР был назначен маршал Г.К. Жуков. Эти решение фактически означали, что:

• в стране произошел ползучий дворцовый переворот;

• был окончательно отвергнут новый экономический курс;

• при сохранении видимых принципов «коллективного руководства» фактическим лидером страны стал Н.С. Хрущев, который вернул партийному аппарату былую мощь и влияние.

Что касается общей оценки личности Г.М. Маленкова, то здесь, как всегда, существуют совершенно полярные точки зрения. Одни авторы (Р. Медведев, Л. Млечин) считают его полным политическим ничтожеством, не способным к самостоятельной государственной работе.

Другие (Ю. Жуков, Р. Баландин), напротив, не отказывают ему в государственном уме и признают существование собственной программы реформ, которую, к сожалению, не удалось реализовать.

Новой аппаратной победой Н.С. Хрущева в борьбе за утверждение своего окончательного лидерства стал прошедший в июле 1955 г. очередной Пленум ЦК, на котором:

• в состав Президиума ЦК вошли два его верных соратника — секретарь ЦК М.А. Суслов и первый секретарь ЦК КПУ А.Н. Кириченко;

• новыми секретарями ЦК стали Д.Т. Шепилов, Н.И. Беляев и А.Б. Аристов.

Таким образом, как справедливо утверждают многие авторы (Р. Пихоя, Ю. Жуков), из всех возможных вариантов реформ, существовавших в то время у Л.П. Берия, Г.М. Маленкова и Н.С. Хрущева, в конечном счете, был выбран самый худший вариант, который был совершенно непродуман, во многом спонтанен, а главное — предельно консервативен по своей сути.

Крым: роковое решение Н.С. Хрущева

Предыстория крымского вопроса

После окончания полномасштабной Гражданской войны на европейской части бывшей Российской империи 18 октября 1921 г. совместным постановлением ВЦИК и СНК РСФСР за подписью В.И. Ленина, М.И. Калинина и А.С. Енукидзе на части территорий бывшей Таврической губернии Российской империи была образована «Автономная Крымская Социалистическая Советская Республика, как часть РСФСР, в границах Крымского полуострова из существующих округов: Джанкойского, Евпаторийского, Керченского, Севастопольского, Симферопольского, Феодосийского и Ялтинского». Этим же постановлением было указано, что вопрос о северных границах Автономной Республики Крым подлежал отдельному рассмотрению специальной комиссией в составе представителей НКВД РСФСР, УССР и Автономной Крымской ССР, а также Наркомнаца РСФСР, которое будет утверждено ВЦИК РСФСР, а не совместным решением ВЦИК и ВУЦИК. Спустя три недели, 10 ноября 1921 г. была принята и первая Конституция Автономной Крымской ССР, в которую были положены основные принципы Конституции РСФСР 1918 г. Позднее, в мае 1929 г. была принята новая Конституция республики, согласно которой ее название было изменено на Крымскую Автономную Советскую Социалистическую Республику.

В 1920-х гг. в высших партийных кругах стала активно продвигаться идея создания еврейской автономии в Крыму, целесообразность образования которой была отмечена В.И. Лениным еще в 1918 г., когда при Народном комиссариате национальностей был создан Еврейский комиссариат, занимавшийся, в том числе, и поиском свободных земель для расселения евреев, для которых была снята знаменитая черта оседлости, существовавшая в Российской империи с 1791 г. В декабре 1923 г. по решению Политбюро ЦК РКП(б), активными лоббистами которого были Л.Д. Троцкий, Л.Б. Каменев и Н.И. Бухарин, для рассмотрения этого вопроса была создана специальная комиссия под руководством заместителя председателя СНК СССР А.Д. Цюрупы. Более того, в августе 1924 г. для организации и поддержки еврейского переселенческого движения постановлением Президиума ЦИК СССР был создан Комитет по земельному устройству трудящихся евреев (КОМЗЕТ) во главе со П.Г. Смидовичем. А в декабре был организован Общественный комитет земельному устройству трудящихся евреев, который возглавил Ю.З. Ларин (Лурье), вплотную занявшийся «мобилизацией» международной общественности в поддержку землеустроительных проектов этого комитета.

Настоящим автором идеи еврейской колонизации Крыма был директор русского отдела известной американской организации «Джойнт» И.Б. Розен, который в 1924—1938 гг. одновременно возглавлял и «Агро-Джойнт». Хотя официально эта идея была озвучена заместителем наркома по делам национальностей Г.И. Бройдо и заведующим Всероссийской сельскохозяйственной выставки А.Г. Брагиным, который в том же 1924 г. совместно с М.Е. Кольцовым опубликовал книгу «Судьба еврейских масс в СССР».

Кстати сказать, реальным хозяином «Джойнт» был Феликс Варбург, который, будучи сыном главы фамильного банка Моисея Варбурга, в юном возрасте покинул Германию и перебрался в США, где сразу женился на Фриде Шифф, дочери президента «Kuhn, Loeb & Ko» Дж. Шиффа — основного спонсора Февральской революции, тесно связанного с банкирским домом Ротшильдов. Кроме того, его старший брат Пауль Варбург, свойственник того же Дж. Шиффа, был инициатором тайной сходки ведущих американских банкиров на острове Джекил, на котором была выработана вся концепция будущей Федеральной Резервной Системы США, основанной в декабре 1913 г. Кстати, в 1916 г. дочь Феликса Варбурга Карола вышла замуж за Вальтера Натана Ротшильда, который был главой еврейской сионистской общины в США.

В 1924 г. между «Джойнтом» и СНК СССР был подписан договор о создании корпорации «Агро-Джойнт» («American Jewish Joint Agricultural Corporation»), которая взялась за аграризацию евреев, в то время как государство в лице комитета П.Г. Смидовича безвозмездно предоставляло переселенцам земли в Крыму и на Украине, налоговые и другие льготы. Для содействия этому проекту в самом СССР была создана организация «Общество землеустройства еврейских трудящихся» (ОЗЕТ), а для финансового обеспечения проекта в 1928 г. «Джойнт» создал акционерное «Американское общество по устройству еврейских ферм» («The American Society for Jewish Farm Settlements in Russia»), которое возглавили Дж. Розенберг и Дж. Розенвальд, ставшие его главными инвесторами.

Комитет Ю.З. Ларина выдвинул проект еврейской колонизации северного и северо-восточного Крыма — самой необжитой и неблагоприятной для сельского хозяйства территории полуострова, где под еврейское переселение было отведено почти 350 тыс. га в Евпаторийском и Джанкойском районах. Позднее в 1930 г. на этой территории был создан Фрайдорфский еврейский национальный район площадью 240 тыс. га.

Далеко не все руководители страны были в восторге от деятельности КОМЗЕТа и идеи крымского проекта. Помимо И.В. Сталина и В.М. Молотова, против него активно выступали первый секретарь ЦК КП(б)У Э.И. Квиринг, нарком земледелия РСФСР А.П. Смирнов, нарком юстиции УССР Н.А. Скрынник и председатель ЦИК Крымской АССР В. Ибраимов. Поэтому в марте 1928 г. Президиум ЦИК СССР принял постановление «О закреплении за КОМЗЕТом для нужд сплошного заселения трудящимися евреями свободных земель и в приамурской полосе Дальневосточного края» в Биробиджане. В августе 1930 г. ЦИК РСФСР принял постановление «Об образовании в составе Дальневосточного края Биро-Биджанского национального района», на базе которого постановлением ЦИК СССР в мае 1934 г. была образована Автономная Еврейская национальная область.

Сразу после окончания Великой Отечественной войны в июне 1945 г. за подписью председателя и секретаря Президиума Верховного Совета РСФСР И.А. Власова и П.В. Бахмурова вышел указ «О преобразование Крымской АССР в Крымскую область», что сразу было закреплено соответствующим законом РСФСР и внесением соответствующих изменений и дополнений в статью 14 Конституции РСФСР. Это обстоятельство тут же возродило прежние идеи о создании в Крыму еврейской автономии, которую очень активно стали пробивать лидеры Еврейского антифашистского комитета (ЕАК) С. Михоэлс, И. Фефер, Ш. Эпштейн и другие. Более того, эти притязания лидеров ЕАК стали активно поддерживать жены двух старейших членов Политбюро В.М. Молотова и К.Е. Ворошилова — старые большевички П.С. Жемчужина и Г.Д. Горбман.

Естественно, что все это, помноженное на активную связь членов ЕАК с сионистским руководством Израиля, в частности, первым израильским послом в Москве Голдой Меир и идеологами мондиалистов, в частности, лидером «движения мировых федералистов» крупным американским банкиром К. Мейером и руководством так называемого «гарвардского проекта» Дж. Дэвисом и Дж. Кеннаном, привело к тому, что в ноябре 1948 г. Еврейский антифашистский комитет был распущен, а в начале 1949 г. были арестованы все его кураторы и руководители, в том числе С. Лозовский, И. Фефер, В. Зускин, С. Брегман, И. Юзефович, Л. Квитко, П. Маркиш и Л. Штерн, которых позже расстреляли.

29 октября 1948 г. указом Президиума Верховного Совета РСФСР № 761/2 за подписью тех же И.А. Власова и П.В. Бахмурова город Севастополь был выделен в самостоятельный административно-хозяйственный центр РСФСР со своим особым бюджетом и отнесен к категории городов республиканского подчинения, что приравняло его статус как к самой Крымской области, так и ко всем административно-территориальным единицам РСФСР.

«Крымская эпопея» Н.С. Хрущева

Новый этап в истории Крымской области был связан с 1954 г., когда новоявленный первый секретарь ЦК КПСС Н.С. Хрущев на заседании Президиума ЦК выступил с инициативой передать эту область из состава РСФСР в состав УССР. Вопрос о том, почему именно Н.С. Хрущев инициировал передачу Крыма в состав УССР, до сих пор до конца не прояснен.

Бывший ельцинский министр печати и информации РФ М.Н. Полторанин, автор нашумевшей книги «Власть в тротиловом эквиваленте» (2010), утверждал, что эта акция готовилась еще при жизни И.В. Сталине, который таким образом пытался де-юре дезавуировать «нэповские» обязательства СНК РСФСР 1921—1922 гг. перед владельцами земельных паев-векселей на крымскую землю, среди которых были многие представители американского истеблишмента и тамошней еврейской общины, в том числе Г. Гувер, Ф. Рузвельт, Э. Рузвельт, Л. Маршалл и другие.

Сын бывшего лидера страны С.Н. Хрущев всячески убеждал, что передача Крыма в состав УССР была вызвана чисто экономическими причинами, в частности, острой необходимостью строительства Северо-Крымского оросительного канала, хотя совершенно очевидно, что в условиях существования единого народно-хозяйственного комплекса СССР этот аргумент не выдерживает никакой критики.

Наконец, известный знаток хрущевской эпохи, доктор исторических наук А.В. Пыжиков, автор книги «Хрущевская «оттепель» (2002), полагает, что «крымская эпопея» была связана с тем обстоятельством, что в предстоящей борьбе за единоличную власть Н.С. Хрущев, который в 1938-1949 гг. был фактическим главой УССР, очень рассчитывал получить поддержу влиятельной украинской партийной и хозяйственной номенклатуры, которая после войны резко увеличила свое представительство и в ЦК КПСС, и в Совете Министров СССР.

В настоящее время целый ряд либеральных авторов (Р. Медведев, Е. Зубкова, С. Хрущев) всячески пытаются реабилитировать Н.С. Хрущева и снять с него большую часть вины за «крымскую эпопею», представив дело таким образом, что данное решение было принято так называемым «коллективным руководством». Реальные факты говорят, что именно он стал инициатором этого процесса. Достаточно сказать, что уже 16 января 1954 г. Н.С. Хрущев добился отставки первого секретаря Крымского обкома партии П.И. Титова, который в крайне резкой форме возражал против передачи Крымской области в состав УССР, и назначил на его место активного сторонника своей затеи — второго секретаря обкома партии Д.С. Полянского. Через три года Д.С. Полянский сделает головокружительную карьеру и станет членом Президиума ЦК, председателем Совета Министров РСФСР, а затем и первым заместителем председателя Совета Министров СССР.

25 января 1954 г. под председательством главы Совета Министров СССР Г.М. Маленкова состоялось заседание Президиума ЦК, на котором, согласно протоколу №49, присутствовали «члены Президиума ЦК тт. Н.С. Хрущев, К.Е. Ворошилов, Н.А. Булганин, Л.М. Каганович, А.И. Микоян, М.З. Сабуров и М.Г. Первухин, кандидаты в члены Президиума ЦК тт. Н.М. Шверник и П.К. Пономаренко и секретари ЦК КПСС тт. М.А. Суслов, П.Н. Поспелов и Н.Н. Шаталин». Под номером XL этого протокола, озаглавленного «О передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР», значились два пункта:

1) утвердить с поправками, принятыми на заседании, прилагаемый проект указа Президиума Верховного Совета СССР о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР;

2) признать целесообразным провести специальное заседание Президиума Верховного Совета СССР, на котором рассмотреть совместное представление Президиумов Верховных Советов РСФСР и УССР о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР.

Примечательно, что этот протокол подписал не глава правительства Г.М. Маленков, который по статусу вел заседание Президиума ЦК, а первый секретарь ЦК Н.С. Хрущев.

5 февраля 1954 г. под председательством «президента» РСФСР М.П. Тарасова состоялось заседание Президиума Верховного Совета РСФСР, на котором, согласно Протоколу №41, присутствовали «заместители председателя Президиума Верховного Совета РСФСР З.А. Андреева, А.П. Данилова, М.О. Селюкин, Д.Д. Цыремпилон и П.В. Щербаков, секретарь Президиума Верховного Совета РСФСР И.Н. Зимин, члены Президиума Верховного Совета РСФСР тт. П.С. Бузина, П.Ф. Ладанов, П.Л. Пантиков, К.Л. Пупшова, А.Г. Соколов, К.В. Степанова, В.С. Цветкова и М.А. Яснов, министр юстиции РСФСР А.Т. Рубичев, председатель Верховного Суда РСФСР С.Л. Зитюков и прокурор РСФСР П.В. Баранов, заместитель председателя исполкома Крымского областного Совета депутатов трудящихся Т.М. Пономаренко и председатель исполкома Севастопольского городского Совета депутатов трудящихся С.В. Сосницкий». По итогам этого заседания было принято решение «О передаче Крымской области из состава РСФСР в состав Украинской ССР», в котором говорилось, что «учитывая общность экономики, территориальную близость и тесные хозяйственные и культурные связи между Крымской областью и Украинской ССР, Президиум Верховного Совета РСФСР постановляет: передать Крымскую область из состава РСФСР в состав Украинской ССР. Настоящее Постановление внести на утверждение Президиума Верховного Совета СССР».

Мы особо подчеркнем тот факт, что согласно статье 31 Конституции РСФСР 1936 г. в редакции от 5 апреля 1941 г. Верховный Совет РСФСР избирал Президиум Верховного Совета РСФСР в составе: председателя Президиума Верховного Совета РСФСР, 16 его заместителей по числу автономных республик, секретаря Президиума и 20 членов Президиума. Таким образом, списочная численность членов Президиума Верховного Совета РСФСР составляла 38 членов, а на заседании 5 февраля 1954 г. присутствовало только 15 членов Президиума ВС РСФСР, которые не обладали правом принятия каких-либо документов вообще ввиду элементарного отсутствия кворума!

В тот же день за подписью председателя и управделами Совета Министров РСФСР А.М. Пузанова и П.В. Груздева вышло постановление Совета Министров РСФСР №156 «О передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР», в котором говорилось, что с учетом «территориального тяготения Крымской области к Украинской ССР, общности экономики и тесных хозяйственных и культурных связей между Крымской областью и Украинской ССР, Совет Министров РСФСР постановляет: считать целесообразным передать Крымскую область из состава РСФСР в состав УССР. Просить Президиум Верховного Совета РСФСР рассмотреть вопрос о передаче Крымской области в состав УССР и войти в Президиум Верховного Совета СССР с соответствующим постановлением». Причем, заметьте, что данное постановление тоже являлось грубейшим нарушением действующей Конституции РСФСР, поскольку Совет Министров РСФСР мог только исполнять уже принятые нормативные акты Президиума Верховного Совета РСФСР, а не просить его о принятии подобного акта.

Через неделю, 13 февраля 1954 г. под председательством главы Президиума Верховного Совета УССР Д.С. Коротченко в Киеве состоялось аналогичное заседание Президиума ВС УССР, на котором было принято постановление Президиума Верховного Совета УССР «О представлении Президиума Верховного Совета РСФСР по вопросу передачи Крымской области в состав УССР», в котором говорилось, что «обсудив представление Президиума Верховного Совета Российской СФСР по вопросу передачи Крымской области из состава РСФСР в состав Украинской ССР, внесенное на рассмотрение Президиума Верховного Совета СССР, Президиум Верховного Совета Украинской ССР, со своей стороны, считает, что передача Крыма Украинской ССР, учитывая общность их экономики, территориальную близость и тесные хозяйственные и культурные связи, вполне целесообразна и является свидетельством безграничного доверия великого русского народа украинскому народу. Соответственно представлению Президиума Верховного Совета Российской СФСР Президиум Верховного Совета Украинской ССР постановляет: просить Президиум Верховного Совета Союза ССР передать Крымскую область из состава Российской СФСР в состав Украинской ССР». При этом совершенно не ясно, каков был численный состав членов Президиума ВС УССР на момент принятия данного решения, и кто, и как голосовал заданное решение, поскольку протокол и даже копия этого заседания отсутствует в российских государственных архивах.

Через день после принятого решения, т.е. 15 февраля 1954 г., председатель и секретарь Президиума Верховного Совета УССР Д.С. Коротченко и В.Е. Нижник направили на имя председателя Президиума Верховного Совета СССР маршала К.Е. Ворошилова письмо о том, что «Президиум Верховного Совета Украинской ССР 13 февраля 1954 г. принял постановление по вопросу передачи Крымской области из состава Российской СФСР в состав Украинской ССР и вносит его на утверждение Президиума Верховного Совета СССР». При этом, заметьте, никакого совместного представления Президиумов ВС РСФСР и УССР в адрес К.Е. Ворошилова послано не было, что полностью противоречило решению Президиума ЦК КПСС от 25 января 1954 г.

Тем не менее, 19 февраля 1954 г. маршал К.Е. Ворошилов созвал заседание Президиума Верховного Совета СССР для решения этого вопроса. Согласно статье 48 действующей Конституции СССР 1936 г. в редакции от 8 августа 1953 г. в состав Президиума Верховного Совета СССР входили председатель Президиума Верховного Совета СССР, 16 его заместителей — по одному от каждой союзной республики, секретарь и 15 членов Президиума Верховного Совета СССР, т.е. всего 33 человека, а не 27, как это утверждается в многочисленных печатных публикациях и на просторах интернета. По протоколу №35 от 19 февраля 1954 г., на этом заседании ПВС СССР помимо его главы маршала К.Е. Ворошилова, присутствовали секретарь ПВС СССР Н.М. Пегов, 9 заместителей председателя ПВС СССР по должности, т.е. председатели ПВС союзных республик — М. Тарасов, М. Гречуха, Ш. Рашидов, Т. Кулатов, Н. Додхудоев, Ф. Бровко, М. Папян, А. Сарыев и О.В. Куусинен и 12 членов ПВС СССР А. Андреев, М. Багиров, М. Буденный, С. Вагапов, А. Даниилов, Я. Калнберзин, З. Лебедева, З. Муратов, М. Суслов, З. Федорова, Н. Хрущев и Н. Шверник. Казалось бы, кворум был налицо, то есть в наличие были 23 члена ПВС СССР, а не 13, как это опять-таки утверждается в многочисленных печатных публикациях и интернете.

Однако у нас есть все основания усомниться в подлинности этого протокола по целому ряду причин:

• почему в этом протоколе в качестве заместителя ПВС СССР и председателя Президиума ВС УССР указан М.С. Гречуха, который уже как месяц являлся первым заместителем председателя Совета Министров УССР, а новым главой ПВС УССР был Д.С. Коротченко;

• почему председатель Президиума ВС Латвийской ССР К.М. Озолинь, занимавший эту должность с марта 1952 г. и являвшийся по должности заместителем председателя Президиума Верховного Совета СССР, числился не в списке заместителей, а в числе приглашенных лиц, и т.д.

В ходе самого заседания ПВС СССР, продолжавшегося всего 20 минут, поочередно выступили всего несколько человек с вполне дежурными и заранее написанными речами — член Президиума ЦК, председатель ПВС СССР маршал К.Е. Ворошилов, председатель ПВС РСФСР М.П. Тарасов, председатель ПВС УССР Д.С. Коротченко, кандидат в члены Президиума ЦК, председатель ВЦСПС Н.М. Шверник, председатель ПВС Узбекской ССР Ш.Р. Рашидов и председатель ПВС Карело-Финской ССР О.В. Куусинен. Вот так, по-свойски, как мешок картошки, всего за несколько минут целая область была передана из состава РСФСР в состав УССР.

Хотя, согласно статье 18 действовавшей Конституции СССР, территория любой союзной республики не могла быть изменена без ее согласия. Формально таковые согласия были оформлены со стороны обеих республик в виде постановлений Президиумов ВС РСФСР и УССР. Однако в статье 33 Конституции РСФСР, содержавшей перечень полномочий Президиума Верховного Совета РСФСР, отсутствовали полномочия по изменению границ РСФСР. Кроме того, изменение территории республик не входило даже в полномочия Президиума Верховного Совета СССР, определявшиеся статьей 49 Конституции СССР, поскольку согласно статьям 14 и 31 Конституции СССР этот вопрос находился в ведении Верховного Совета, а не его Президиума. Таким образом, грубо нарушив нормы Конституции СССР, превысив свои конституционные полномочия и презрев саму процедуру решения данного вопроса, Президиум Верховного Совета СССР принял незаконное решение!

Тем не менее, 26 апреля 1954 г. Верховный Совет СССР законом «О передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР» утвердил указ своего Президиума и внес соответствующие изменения в статьи 22 и 23 Конституции СССР. 2 июня 1954 г. Верховный Совет РСФСР единогласно принял закон «О внесении изменений и дополнений в статью 14 Конституции РСФСР», согласно которому Крымская область была исключена из состава РСФСР. А через две недели, 17 июня 1954 г., в статью 18 Конституции Украинской ССР было внесен пункт о включении Крымской области в состав Украинской ССР.

Что касается города Севастополя, который, как известно, указом Президиума Верховного Совета РСФСР №761/2 от 29 октября 1948 г. был выделен в самостоятельную административно-хозяйственную единицу со своим особым бюджетом и отнесен к категории городов республиканского подчинения, то никакого отдельного решения по нему не принималось и де-юре он продолжал оставаться административной единицей именно РСФСР.


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *