XX съезд КПСС, его решения и последствия


Подготовка в XX съезду и история создания секретного доклада Н.С. Хрущева (1955-1956)

Сразу же после июльского Пленума ЦК началась подготовка к очередному партийному съезду, которая велась на фоне пересмотра многих уголовных дел и освобождения тысяч политических заключенных. По информации ряда историков (А. Вдовин), уже к концу 1955 г. их численность сократилась с 475 000 до 114 000 человек. По мере приближения съезда Н.С. Хрущев все настойчивее стал требовать от членов Президиума ЦК публично осудить «ошибки и извращения» И.В. Сталина, принять согласованное решение и представить высшему партийному форуму доклад по данному вопросу.

В исторической науке до сих пор нет единства взглядов на то, когда именно Н.С. Хрущев поставил вопрос о подготовке своего доклада с осуждением сталинского культа на партийном съезде

Одни авторы (О. Волобуев, Н. Барсуков) утверждают, что горячие дискуссии по этому вопросу разгорелись в кулуарах самого съезда, то есть в феврале 1956 г., и долгое время этот миф господствовал в отечественной историографии.

Другие авторы (В. Наумов) полагают, что этот вопрос был поднят Н.С. Хрущевым в его «Записке», адресованной в Президиум ЦК, в конце октября 1955 г.

Наконец, третья группа авторов (Р. Пихоя, Ю. Аксютин, А. Пыжиков) говорит о том, что впервые вопрос о публичном осуждении сталинского культа был рассмотрен на заседании Президиума ЦК только в самом конце декабря 1955 г.

На этом заседании Президиума ЦК в повестку дня был включен отдельный пункт «Вопросы, связанные с реабилитацией», по итогам обсуждения которого был принят ряд решений, в частности:

• о роспуске старой комиссии по реабилитации, которую возглавлял В.М. Молотов;

• о создании новой комиссии в составе П.Н. Поспелова, Н.М. Шверника, А.Б. Аристова и П.К. Комарова, которой было поручено детально изучить причины возникновения массовых политических репрессий в довоенный период, в частности, против многих членов ЦК, избранных в его состав на XVII съезде ВКП(б) в феврале 1934 г.

В январе 1956 г. Н.С. Хрущев инициировал отставку министра внутренних дел СССР генерал-полковника С.Н. Круглова, который был многолетним заместителем Л.П. Берия в этом ведомстве и руководил этим министерством более десяти лет. Новым главой МВД СССР стал давний соратник Н.С. Хрущева по МГК КПСС, нынешний заведующий Отделом строительства ЦК КПСС Н.П. Дудоров.

В начале февраля 1956 г. «комиссия Поспелова» представила в Президиум ЦК многостраничный отчет о репрессиях второй половины 1930-х гг., где утверждалось, что в эти годы по политическим мотивам было арестовано более 1 548 000 человек, из которых около 682 000 было расстреляно. Обсуждение этого отчета вызвало резкую поляризацию мнений членов Президиума ЦК. Одни его члены, в частности В.М. Молотов, К.Е. Ворошилов и Л.М. Каганович, выступили против хрущевского доклада и развенчания культа личности И.В. Сталина, разумно полагая, что этот доклад нанесет непоправимый ущерб авторитету партии и советского государства, а также многим членам Президиума ЦК, поскольку практически все они были многолетними соратниками усопшего вождя. Однако Н.С. Хрущев, опираясь на поддержку Н.А. Булганина, А.И. Микояна, М.Г. Первухина, М.З. Сабурова, М.А. Суслова и даже Г.М. Маленкова, сумел протащить нужное ему решение.

По данным ряда историков (Р. Медведев, В. Наумов, Ю. Аксютин, А. Пыжиков), первоначально предполагалось, что доклад о репрессиях будет делать секретарь ЦК П.Н. Поспелов, который возглавлял работу комиссии по этому вопросу. Затем было принято решение о том, что отдельного доклада не будет, и вопрос о политических процессах станет составной частью общего «Отчетного доклада ЦК», с которым выступит Н.С. Хрущев. И только в середине февраля 1956 г., накануне открытия съезда, на Президиуме ЦК, а затем на Пленуме ЦК было принято решение о подготовке отдельного доклада «О культе личности И.В. Сталина и его последствиях», с которым на закрытом заседании съезда должен был выступить сам Н.С. Хрущев.

Подготовка этого доклада закончилась уже в ходе работы самого партийного съезда. Первоначальный его текст, подготовленный секретарями ЦК П.Н. Поспеловым и А.Б. Аристовым, не вполне устроил Н.С. Хрущева. И за пять дней до его прочтения он лично надиктовал текст своего доклада стенографистке, а затем вместе с секретарем ЦК Д.Т. Шепиловым редактировал его окончательный вариант в течение двух суток.

XX съезд КПСС и его основные решения (1956)

14 февраля 1956 г. начал свою работу XX съезд КПСС, в официальной повестке дня которого значились три основных вопроса:

1) «Отчетный доклад ЦК» первого секретаря ЦК КПСС Н.С. Хрущева,

2) доклад «О пятилетием плане развития народного хозяйства СССР на 1956-1960 гг.» председателя Совета Министров СССР Н.А. Булганина и

3) выборы нового состава ЦК.

Второй, секретный доклад ЦК «О культе личности И.В. Сталина и о преодолении его последствий» в официальной повестке съезда не значился. О его подготовке знали все члены ЦК и ряд из них, в частности, зам. главы Госконтроля СССР В.М. Андрианов и командующий Северо-Кавказским военным округом маршал А.И. Еременко, предложили Н.С. Хрущеву свои услуги в разоблачении сталинского культа, направив в его адрес специальные записки по этому вопросу.

Отчетный доклад ЦК, с которым Н.С. Хрущев выступил в первый день работы съезда, содержал три главных новации:

1) впервые на высшем уровне было признано и документально закреплено существование различных путей строительства социализма с учетом национальной специфики и исторического опыта социалистических стран;

2) впервые на официальном уровне был отвергнут тезис о неизбежности войн при империализме и провозглашен курс на мирное сосуществование государств с различным общественным строем;

3) при утверждении основных директив плана шестой пятилетки впервые была поставлена очень амбициозная, но практически невыполнимая тогда задача «догнать и перегнать развитые капиталистические страны по производству основных видов продукции на душу населения».

После выборов нового состава ЦК состоялся организационный Пленум ЦК, на котором были избраны новые руководящие органы. Состав постоянных членов Президиума ЦК не изменился, и в него вошли Н.С. Хрущев, Н.А. Булганин, В.М. Молотов, К.Е. Ворошилов, А.И. Микоян, Г.М. Маленков, Л.М. Каганович, М.З. Сабуров, М.Г. Первухин, М.А. Суслов и А.И. Кириченко. Кандидатами в члены Президиума ЦК стали министр обороны СССР Г.К. Жуков, секретари ЦК Л.И. Брежнев и Д.Т. Шепилов, первый секретарь ЦК КП Узбекистана Н.А. Мухитдинов, первый секретарь МГК Е.А. Фурцева и председатель Комитета партийного контроля при ЦК Н.М. Шверник. В состав Секретариата ЦК вошли первый секретарь ЦК Н.С. Хрущев, фактически второй секретарь ЦК М.А. Суслов и шесть отраслевых секретарей ЦК — А.Б. Аристов, Н.И. Беляев, Л.И. Брежнев, П.Н. Поспелов, Д.Т. Шепилов и Е.А. Фурцева.

В историю XX съезд вошел, прежде всего, благодаря секретному докладу «О культе личности и его последствиях», с которым Н.С. Хрущев выступил на последнем, закрытом заседании 25 февраля 1956 г., когда повестка дня была полностью исчерпана и прошли выборы нового состава ЦК. Большинство авторов (Р. Пихоя, Р. Медведев, А. Вдовин) по традиции утверждают, что этот хрущевский доклад был совершенно неожиданным для большинства делегатов съезда и выслушан ими в полной тишине. Однако это не совсем так, поскольку, по мнению их оппонентов (Ю. Аксютин, А. Пыжиков), о «сталинском культе» в ходе прений по основному докладу говорили многие партийные вожди, в том числе М.А. Суслов, А.И. Микоян, О.В. Куусинен и даже В.М. Молотов и Л.М. Каганович, которые исподволь готовили делегатов съезда к секретному докладу Н.С. Хрущева. Но, тем не менее, на многих он действительно произвел шоковое впечатление, поскольку в нем сообщалось следующее:

• Впервые публично было заявлено о существовании совершенно чуждого идеям марксизма-ленинизма культа личности И.В. Сталина, который в последние годы его жизни приобрел чудовищные размеры и извращенные формы. Возникновение этого культа стало исключительно результатом развития личных, негативных качеств усопшего вождя, в частности, его грубости и нетерпимости, на которые еще указывал В.И. Ленин в своем знаменитом «Письме к съезду».

• Лично И.В. Сталин и руководители НКВД — МВД СССР Н.И. Ежов и Л.П. Берия несут прямую персональную ответственность за массовые политические репрессии в 1930—1940-х гг., в ходе которых погибли сотни тысяч невинных жертв, в том числе видные партийные, государственные и военные деятели П.П. Постышев, Р.И. Эйхе, В.И. Межлаук, С.В. Косиор, В.Я. Чубарь, М.Н. Тухачевский, А.И. Егоров, В.К. Блюхер и многие другие. При этом, совершенно необоснованно, опираясь только на россказни так называемых жертв политических репрессий, было заявлено, что И.В. Сталин непосредственно причастен к гибели двух видных членов Политбюро — самоубийства Г. К. Орджоникидзе и убийства С.М. Кирова. Однако непримиримая борьба И.В. Сталина с антипартийными группировками в 1920-х гг. была признана правильной, поэтому речь о политической реабилитации Л.Д. Троцкого, Г.Е. Зиновьева, Л.Б. Каменева, Н.И. Бухарина, А.И. Рыкова и других лидеров тогдашней оппозиции совершенно не стоит.

• Лично И.В. Сталин несет персональную ответственность за неподготовленность страны к войне с Германией, неспособность управлять армией и страной в первые дни войны, катастрофическое развитие ситуации на фронте в первый год войны и, в частности, большое количество жертв под Киевом и Харьковом в 1941-1942-х гг.

После окончания секретного доклада прения по нему не открывались. Было принято довольно лапидарное постановление «О культе личности Сталина и его последствиях», которое, как и сам закрытый доклад, для печати не предназначались, и позднее были разосланы Общим отделом ЦК во все партийные организации страны. Для широких народных масс «культ личности» был впервые соединен с именем И.В. Сталина только в конце марта 1956 г., когда в «Правде» была опубликована редакционная статья «Почему культ личности чужд духу марксизма-ленинизма» .

Тем не менее, содержание этого доклада вскоре стало известно в стране, что вызвало неоднозначную реакцию и привело к массовым акциям протеста в ряде городов страны, в том числе в Тбилиси. В марте 1956 г., в годовщину смерти И.В. Сталина, здесь прошла мощная антиправительственная манифестация, которая с применением стрелкового оружия и жертвами была разогнана войсками и милицией.

В современной исторической науке до сих пор дискутируются две основных проблемы, связанные с хрущевским докладом на XX съезде КПСС:

1) каковы были побудительные мотивы этого доклада и

2) каковы были политические последствия этого доклада.

По первой проблеме существует две основных точки зрения.

Так называемые «шестидесятники» хрущевского и горбачевского призыва (А. Яковлев, Ф. Бурлацкий, Р. Медведев, В. Наумов, О. Хлевнюк) утверждают, что основным побудительным мотивом секретного доклада стало горячее желание Н.С. Хрущева придать гласности кровавые преступления сталинской эпохи, очистить партию от извращений ленинского курса и придать новое дыхание социализму.

Их оппоненты (С. Кара-Мурза, А. Проханов, В. Кожинов, Ю. Жуков) считают, что главным побудительным мотивом Н.С. Хрущева стала банальная борьба за власть и желание полностью нейтрализовать своих политических оппонентов для достижения сугубо личных политических целей и установления режима личной власти.

Существует также экзотическая версия (В. Удалов, Ю. Мухин), что разоблачение И.В. Сталина стало личной местью Н.С. Хрущева усопшему вождю, который в годы войны дал санкцию на расстрел его старшего сына военного летчика Леонида Хрущева, сдавшегося в плен фашистам.

По второй проблеме тоже существуют две диаметрально противоположных точки зрения.

Все «шестидесятники» и их идейные наследники, патологические ненавистники всего русского и советского (А. Яковлев, Н. Сванидзе, Л. Млечин), с нескрываемым восторгом говорят о том, что именно этот доклад положил начало знаменитой «оттепели» и массовой реабилитации невинных жертв политических репрессий, очищению партии и общества от идеологии и практики государственного террора, нанес смертельный удар по сталинизму и «советскому казарменному социализму» т.д.

Их идеологические оппоненты (С. Кара-Мурза, А. Проханов, Г. Ферр) крайне негативно оценивают этот доклад и вполне правомерно утверждают, что он:

• нанес непоправимый удар по авторитету коммунистической партии и советского государства;

• положил начало системному кризису и расколу в международном коммунистическом и рабочем движении, от которого не удалось избавиться до сих пор;

• стал козырем в руках тех враждебных политических сил в нашей стране и за рубежом, которые вели и ведут глобальную психологическую войну против нашего государства;

• дал первый и самый мощный импульс к системному кризису и развалу СССР, который завершили хрущевские наследники во времена преступной «горбачевской перестройки», и т.д.

По информации ряда историков (Р. Пихоя), вскоре после окончания съезда Н.С. Хрущев попытался закрепить свои позиции неформального лидера страны и продолжить разоблачение сталинского культа. В частности, он намеревался в мае-июне 1956 г. инициировать созыв очередного Пленума ЦК, где основной разоблачительный доклад, посвященный роли И.В. Сталина в годы Великой Отечественной войны, должен был сделать маршал Г.К. Жуков. Стараниями Н.А. Булганина, Д.Т. Шепилова и, возможно, самого Н.С. Хрущева эта идея была похоронена, поскольку они побоялись дать мощный козырь в руки амбициозного министра обороны, давно страдавшего «наполеоновскими комплексами». Вместо этого в середине июня 1956 г. во все партийные организации было послано письмо ЦК КПСС «Об итогах обсуждения решений XX съезда», которое должно было пресечь «идеологический разброд и шатания» и дать четкие установки о допустимых рамках критики сталинского культа.

Позднее дозволенные рамки критики культа личности были предельно четко обозначены 30 июня 1956 г. в постановлении ЦК КПСС «О преодолении культа личности и его последствий», которое носило более выдержанный характер, чем разнузданный по форме и содержанию доклад Н.С. Хрущева на партийном съезде. В частности, в этом документе возникновение феномена культа личности было объявлено следствием борьбы отживших эксплуататорских классов с политикой советской власти, наличием острой фракционной борьбы внутри самой партии и сложностью международной обстановки. Все эти обстоятельства вынужденно привели к ограничению внутрипартийной демократии, к чрезмерной бдительности и централизации управления. Особый упор в этом постановлении делался на том, что культ личности не изменил саму природу социализма и все его негативные явления успешно преодолены благодаря решительной позиции «ленинского ядра» в высшем партийном и государственном руководстве страны.

Тогда же, в июне 1956 г. на волне нормализации советско-югославских отношений с ключевого поста министра иностранных дел СССР был снят В.М. Молотов, который был самым активным противником нового хрущевского курса, и заменен Д.Т. Шепиловым, который, напротив, был одним из главных идеологов этого курса.

Обострение борьбы за власть и крах системы «коллективного руководства» (1957)

Политические итоги уходящего года оказались неутешительными для высшего руководства страны. Это пришлось признать самому Президиуму ЦК, который в конце декабря 1956 г. разослал всем партийным комитетам страны очередное письмо «Об усилении политической работы партийных организаций в массах и пресечении вылазок антисоветских, враждебных элементов», подготовленное комиссией во главе с новым секретарем ЦК Л.И. Брежневым. Одновременно в состав правительства был возвращен самый жесткий и последовательный критик хрущевского курса В.М. Молотов, который был назначен министром государственного контроля СССР.

Резкое усиление просталинских настроений в партии и обществе настолько напугали самого Н.С. Хрущева, что уже в январе 1957 г. на приеме в китайском посольстве он произнес речь, в которой назвал И.В. Сталина примером для настоящих коммунистов и высоко оценил его вклад в борьбу за построение социализма в СССР. Эта позиция Н.С. Хрущева сразу дала определенные козыри в руки той группировки внутри Президиума ЦК, которая с самого начала предупреждала его о том, что критика сталинского культа станет детонатором нежелательных и крайне опасных процессов внутри страны и за рубежом.

По утверждению ряда историков (Р. Пихоя, А. Вдовин), вскоре Н.С. Хрущев дал новые поводы для серьезных разногласий в Президиуме ЦК. В частности, он предложил полностью перестроить всю систему управления промышленным производством и строительством и создать вместо отраслевых министерств республиканские, краевые и областные советы народного хозяйства — совнархозы. Многие члены Президиума ЦК, прежде всего, глава правительства Н.А. Булганин и его первые заместители В.М. Молотов, М.З. Сабуров и М.Г. Первухин в категорической форме высказались против этой затеи. Не дожидаясь одобрения своих предложений «коллективным руководством», Н.С. Хрущев в середине февраля 1957 г. вынес их на Пленум ЦК, а затем, полностью игнорируя заключение руководителей правительства и нарушая установленный порядок дальнейших согласований, добился утверждения своих предложений на сессии Верховного Совета СССР. Схожим волюнтаристским образом Н.С. Хрущев добился принятия решения об отмене внутренних государственных займов и всех выплат по ним.

В мае 1957 г., находясь с рабочим визитом в Ленинграде, без согласования с членами Президиума ЦК Н.С. Хрущев поставил перед страной задачу «догнать и перегнать Америку по производству мяса и молока на душу населения» в течение ближайших двух-трех лет, пообещав колхозникам вскоре отменить все обязательные поставки государству с их подсобных хозяйств. Хотя всем была совершенно очевидна вся нереальность поставленной задачи, поскольку в США тогда производили 16 млн тонн мяса в год, а СССР — только 7,5 млн тонн. Поэтому уже в конце мая 1957 г. большинство членов Президиума ЦК — В.М. Молотов, Н.А. Булганин, Г.М. Маленков, К.Е. Ворошилов, Л.М. Каганович, М.З. Сабуров и М.Г. Первухин договорились между собой по ряду ключевых вопросов:

• упразднить должность первого секретаря ЦК;

• сохранить Н.С. Хрущева в составе Президиума ЦК, но переместить его на должность министра сельского хозяйства СССР;

• второго секретаря ЦК М.А. Суслова снять с должности и назначить министром культуры СССР;

• председателя КГБ СССР И.А. Серова отправить в отставку и передать этот пост либо маршалу Н.А. Булганину, либо бывшему секретарю ЦК Н.С. Патоличеву, который на тот момент занимал должность первого заместителя министра иностранных дел СССР;

• поднять политический статус маршала Г.К. Жукова и перевести его из кандидатов в члены Президиума ЦК.

По утверждению ряда авторов (Р. Пихоя), после согласования всех ключевых вопросов В.М. Молотов, а затем Г.М. Маленков вели переговоры с Г.К. Жуковым и попытались склонить маршала на свою сторону, однако так и не смогли добиться от него однозначной поддержки своих инициатив. Хотя, впрочем, сам маршал не прочь был упразднить пост первого секретаря ЦК и заменить его постом секретаря ЦК по общим вопросам. Как позднее признавался сам В.М. Молотов, «в нашей группе не было единства и не было никакой программы, мы только договорились его снять, а сами не были готовы к тому, чтобы взять власть».

18 июня 1957 г., используя созыв Президиума ЦК для согласования выступлений его членов на предстоящем праздновании 250-летия Ленинграда, Г.М. Маленков подверг резкой критике деятельность Н.С. Хрущева и предложил отрешить его от должности первого секретаря ЦК. Большинство участников этого заседания принадлежали к явным противникам Н.С. Хрущева, поэтому чисто арифметически их голосов вполне хватало для принятия этого решения. Однако председательствовавший на собрании маршал Н.А. Булганин повел заседание крайне нерешительно и согласился перенести его на следующий день с тем, чтобы к собранию могли присоединиться три отсутствовавших члена Президиума ЦК — М.А. Суслов, А.И. Микоян и А.И. Кириченко.

Тем временем ряд членов и кандидатов в члены Президиума ЦК, в частности, М.А. Суслов, Г.К. Жуков и Е.А. Фурцева, были приглашены Н.С. Хрущевым в свой кабинет, где было принято решение не сдаваться, а идти «ва-банк» и срочно собирать Пленум ЦК. Г.К. Жуков предложил арестовать всех противников Н.С. Хрущева и заявил, что он готов немедленно провести эту акцию «без шума и пыли». Этот вариант был тут же отвергнут М.А. Сусловым и самим Н.С. Хрущевым.

19 июня 1957 г. возобновилось заседание Президиума ЦК, на котором в поддержку Г.М. Маленкова, выступившего с разгромной речью в адрес Н.С. Хрущева, высказались большинство членов высшего партийного ареопага — В.М. Молотов, Н.А. Булганин, Л.М. Каганович, К.Е. Ворошилов, М.Г. Первухин и М.З. Сабуров. В защиту первого секретаря выступили только три члена Президиума ЦК — А.И. Микоян, М.А. Суслов и А.И. Кириченко. Попытались его поддержать и практически все кандидаты в члены Президиума ЦК, в том числе Л.И. Брежнев, Ф.Р. Козлов и Е.А. Фурцева. Совершенно неожиданно в поддержку большинства членов Президиума ЦК выступил секретарь ЦК Д.Т. Шепилов, который всегда считался прямой креатурой Н.С. Хрущева.

По установившейся традиции голосов полноправных членов Президиума ЦК вполне хватило бы, чтобы снять Н.С. Хрущева с должности первого секретаря и рекомендовать на этот пост В.М. Молотова. Но неожиданно в развитие ситуации вмешалась группа членов ЦК, где особо активную роль играл высший генералитет — маршалы Г.К. Жуков, И.С. Конев и генерал армии И.А. Серов, которые потребовали срочного созыва Пленума ЦК. Именно их усилиями военно-транспортная авиация срочно переправила в Москву практически всех членов ЦК, и 22 июня открылся внеочередной Пленум ЦК, который продолжался беспрецедентно долго, вплоть до 29 июня 1957 г.

С самого начала весь характер работы Пленума ЦК определило крайне жесткое выступление министра обороны СССР маршала Г.К. Жукова, который с «расстрельными списками» на руках стал разоблачать ближайшее сталинское окружение, прежде всего, В.М. Молотова, К.Е. Ворошилова, Л.М. Кагановича и Г.М. Маленкова, в чудовищных репрессиях 1930-х гг., которые произвели шокирующее впечатление на всех членов ЦК. Получив откровенную поддержку с их стороны, Н.С. Хрущев моментально перешел в наступление и превратил заседания Пленума ЦК в откровенное избиение В.М. Молотова, Г.М. Маленкова, Л.М. Кагановича и других, которых по старой партийной традиции обвинили в создании фракционной антипартийной группировки. Все попытки В.М. Молотова и Д.Т. Шепилова перевести этот непристойный базарный шабаш в конструктивный разговор по существу и обсудить политический курс Н.С. Хрущева, его стиль и методы руководства ни к чему не привели.

29 июня 1957 г. Пленум ЦК принял постановление «Об антипартийной группе Маленкова Г.М., Кагановича Л.М., Молотова В.М.», в соответствии с которым все указанные лица за нарушение партийного устава и резолюции «О единстве партии» были выведены из состава ЦК и сняты со всех государственных постов. Та же участь постигла и «примкнувшего к ним Д.Т. Шепилова», ставшего жертвой личной хрущевский мести, который не простил ему предательства в столь опасный и судьбоносный для него момент жизни.

В закрытой части этого постановления, а также в письме, направленном во все партийные организации страны, были указаны и другие члены антипартийной группировки, в частности, Н.А. Булганин, М.Г. Первухин и М.З. Сабуров, которые проявили политическую неустойчивость и поддержали главных организаторов этой группировки. Но, учитывая, что они раскаялись и помогли партии разоблачить коварные замыслы фракционеров, Пленум ЦК ограничился более мягким наказанием для них: Н.А. Булганину был объявлен строгий выговор с предупреждением, М.Г. Первухин был переведен из членов в кандидаты в члены Президиума ЦК, а М.З. Сабуров был полностью выведен из состава Президиума ЦК. О главе советского государства маршале К.Е. Ворошилове в этом постановлении и письме вообще ничего не сообщалось, хотя ему тоже пришлось каяться на этом Пленуме ЦК и посыпать свою старую голову пеплом.

По мнению историков (Р. Пихоя, А. Вдовин, А. Пыжиков), такой характер постановления ЦК во многом определялся исключительно тактическими соображениями и желанием Н.С. Хрущева скрыть истинный масштаб возникшей оппозиции его курсу и методов работы внутри Президиума ЦК, поскольку вскоре все фигуранты этого «заговора» окончательно лишатся всех своих партийных и государственных постов. В новый состав Президиума ЦК, сформированный на этом Пленуме, вошли активные сторонники Н.С. Хрущева — А.Б. Аристов, Н.И. Беляев, Л.И. Брежнев, Г.К. Жуков, Н.Г. Игнатов, Ф.Р. Козлов, О.В. Куусинен, А.И. Микоян, М.А. Суслов, Е.А. Фурцева и Н.М. Шверник. В явном меньшинстве оказались старые члены Президиума ЦК — Н.А. Булганин и К.Е. Ворошилов, участь которых уже была предрешена.

В отечественной историографии (Ю. Аксютин, А. Пыжиков, А. Вдовин) сложилось устоявшееся мнение, что разгром антипартийной группировки означал отстранение от власти откровенных реваншистов, выступавших за реабилитацию И.В. Сталина и его политического курса. Эта довольно примитивная трактовка тех событий мало согласуется с реальным положением вещей. Все члены антипартийной группы, прежде всего, Г.М. Маленков, В.М. Молотов и Д.Т. Шепилов выступали за сохранение прежних принципов «коллективного руководства» и против создания нового культа личности, на сей раз Н.С. Хрущева. Кроме того, они были принципиальными противниками его откровенно хамских методов и стиля работы, которые часто доходили до личных оскорблений членов Президиума ЦК и других ответственных работников.

Кроме того, мы хотим обратить внимание на то, что ряд современных авторов (Р. Пихоя) считают, что едва ли не главным результатом этого Пленума ЦК стала окончательная победа аппарата ЦК над государственными структурами, и именно с этого момента Секретариат ЦК, его отраслевые отделы и сектора получили всю полноту власти в стране, которую сохранили вплоть до крушения КПСС и СССР.

Следующей жертвой неуемного стремления Н.С. Хрущева к единоличной власти стал не менее амбициозный маршал Г.К. Жуков. Став полноправным членом Президиума ЦК, он оказался не просто главой военного ведомства, но и крупной политической фигурой в высшем партийно-государственном руководстве страны. Вполне возможно, что сам Г.К. Жуков в условиях шаткого положения маршала Н.А. Булганина на посту председателя Совета Министров СССР рассчитывал сесть на его место, с учетом того обстоятельства, что именно он сыграл решающую роль в поддержке Н.С. Хрущева в июньских сражениях за власть. Чисто военная карьера маршала не имела особого значения, поскольку его предшественники на посту главы военного ведомства страны — маршалы Н.А. Булганин и К.Е. Ворошилов до сих пор занимали высшие государственные посты. Кроме того, перед глазами маршала стоял очень яркий пример его личного друга, бывшего Верховного Главнокомандующего экспедиционными войсками союзников в Западной Европе генерала армии Дуайта Эйзенхауэра, который в 1952 г. стал президентом США.

Все эти обстоятельства, помноженные на известные колебания Г.К. Жукова в ходе его переговоров с Г.М. Маленковым и В.М. Молотовым перед июньским Пленумом ЦК, стали главными причинами устранения Г.К. Жукова с политической арены страны. А удобным предлогом для этой расправы над ним стали два важных обстоятельства:

1) жесткое противостояние Г.К. Жукова с начальником Главного политического управления СА и ВМФ генерал-полковником А.С. Желтовым и

2) создание Г.К. Жуковым и начальником ГРУ Генштаба генерал-полковником М.С. Штеменко без согласования с ЦК частей специального назначения в районе Москвы.

В начале октября 1957 г. Г.К. Жуков отбыл с официальным визитом в Тирану и Белград, и Н.С. Хрущев решил действовать. По его указанию раньше установленного срока были начаты учения войск Киевского военного округа, которыми руководил заместитель министра обороны и главком Сухопутных войск СССР маршал Р.Я. Малиновский. По заведенной традиции на эти учения прибыли практически все члены и кандидаты в члены Президиума ЦК, заместители министра обороны и командующие всех военных округов. Воспользовавшись этим обстоятельством, Н.С. Хрущев поручил М.А. Суслову, Л.И. Брежневу и другим членам партийного руководства прозондировать почву и выяснить настроения высшего генералитета относительно возможной отставки маршала Г.К. Жукова с его поста. Получив информацию о том, что высший генералитет, уставший от самодурства и грубостей Г.К. Жукова, не прочь поддержать эту отставку, он принял решение проводить организационный Пленум ЦК.

26 октября 1957 г. сразу же после возвращения Г.К. Жукова в Москву его пригласили на заседание Президиума ЦК КПСС, на котором Н.С. Хрущев, обвинив его в подготовке вооруженного захвата власти, заявил, что завтра его персональный вопрос будет рассмотрен на Пленуме ЦК. 27-28 октября 1957 г. состоялся Пленум ЦК, на котором с обвинительными речами в адрес Г.К. Жукова выступили Н.С. Хрущев, М.А. Суслов и Л.И. Брежнев, а также маршалы И.С. Конев, Р.Я. Малиновский и В.Д. Соколовский. По итогам состоявшихся «прений» опальный маршал был обвинен:

1) в попытке вывода Вооруженных сил СССР из-под контроля ЦК путем ликвидации Высшего военного совета, ограничения функций Военных советов военных округов, флотов и групп войск, и сокращения политических органов в армии и на флоте;

2) в стремлении сосредоточить в руках Министерства обороны СССР необъятную диктаторскую власть и подчинить себе Пограничные войска КГБ и Внутренние войска МВД СССР, а также создании без санкции ЦК частей специального назначения;

3) в насаждении собственного культа личности в армии, предельной нескромности и непомерном преувеличении своей исключительной роли в Великой Отечественной войне и в борьбе с антипартийной группировкой;

4) в жестком стиле руководства войсками и грубости по отношению ко всем своим подчиненным, включая высший генералитет страны.

По решению Пленума Г.К. Жуков был снят со всех своих партийных и государственных постов и выведен из состава ЦК. Этим же решением новым министром обороны СССР был назначен маршал Р.Я. Малиновский, причем, во избежание каких-либо новых угроз со стороны высшего генералитета в состав Президиума ЦК он так и не вошел, хотя занимал этот ключевой пост почти десять лет.

Окончательно единовластие Н.С. Хрущева было установлено в марте 1958 г., когда на первой сессии вновь избранного Верховного Совета СССР маршал Н.А. Булганин был отправлен в отставку и на пост председателя Совета Министров СССР назначен сам Н.С. Хрущев. Таким образом, была полностью восстановлена прежняя система власти, которая существовала в стране в 1941—1953 гг. Новый опальный маршал был назначен председателем Госбанка СССР, затем в сентябре 1958 г. выведен из состава Президиума ЦК и чуть позже лишен маршальского звания и отправлен в ставропольскую ссылку.

Тогда же, в конце 1958 г., с поста председателя КГБ СССР был отставлен генерал армии И.А. Серов, которого назначили новым руководителем ГРУ Генштаба, а его место занял новый хрущевский выдвиженец, бывший комсомольский лидер А.Н. Шелепин, который занимал в то время пост заведующего Отделом партийных органов ЦК КПСС. Таким образом, Н.С. Хрущев полностью поставил под партийный контроль еще одну ключевую спецслужбу страны. Хотя, конечно, отставка И.А. Серова стала личным ударом по самому Н.С. Хрущеву, с которым его связывали давние, еще с довоенных времен, дружеские отношения. Достоверно установить, почему Н.С. Хрущев сдал своего старинного товарища и подельника в годы массовых репрессий на «съедение» партийным бонзам, пока не удалось.

XXI и XXII съезды КПСС и их решения (1959-1961)

В январе — феврале 1959 г. состоялась работа внеочередного XXI съезда КПСС, на котором с подачи Н.С. Хрущева были озвучены следующие тезисы и решения:

• сделан вывод о полной и окончательной победе социализма в СССР, поскольку с образованием мировой социалистической системы полностью исчезла угроза реставрации капитализма извне;

• заявлено о вступлении советского государства в период развернутого строительства коммунистического общества и его построении в ближайшие двадцать лет;

• принято решение о переходе к новым долгосрочным планам перспективного развития страны и утверждении контрольных цифр развития народного хозяйства СССР на «семилетку» 1959-1965 гг.

Новых выборов в состав ЦК, вопреки партийному уставу, на съезде не проводилось, поэтому не проводился и организационный Пленум ЦК. Однако в начале мая 1960 г. в Президиуме и Секретариате ЦК неожиданно для многих произошли масштабные перестановки:

1) из состава Президиума ЦК были выведены первый секретарь ЦК КП Казахстана Н.И. Беляев, ставший «невинной жертвой» кровавых событий в Темиртау, и секретарь ЦК А.И. Кириченко, который пал жертвой закулисных интриг и личной мести Н.С. Хрущева из-за стычки с ним на охоте;

2) новыми членами Президиума ЦК стали первый заместитель председателя Совета Министров СССР А.Н. Косыгин, первый секретарь ЦК КП Украины Н.В. Подгорный и председатель Совета Министров РСФСР Д.С. Полянский;

3) в отставку были отправлены сразу пять секретарей ЦК — А.Б. Аристов, Н.Г. Игнатов, А.И. Кириченко, Н.П. Поспелов и Е.А. Фурцева, которых причислили к новой оппозиционной «группировке Н.Г. Игнатова», которая якобы рвалась к высшей власти;

4) единственным новым секретарем ЦК стал Ф.Р. Козлов, который, по мнению ряда историков (Р. Медведев, Ю. Аксютин, А. Пыжиков), фактически стал вторым секретарем ЦК и получил статус «кронпринца», то есть возможного преемника Н.С. Хрущева на высших партийных и государственных постах.

В июле 1960 г. окончательно закатилась политическая карьера легендарного маршала К.Е. Ворошилова, который был выведен из состава Президиума ЦК, членом которого он был без малого 35 лет, и освобожден от должности номинального главы советского государства. Новым председателем Президиума Верховного Совета СССР был избран Л.И. Брежнев.

В октябре 1961 г. состоялся XXII съезд КПСС, который вошел в историю страны несколькими эпохальными решениями:

• на нем была принята Третья программа партии — программа строительства коммунизма и заявлено, что нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме;

• изменен партийный устав и установлен принцип обязательной ротации всех выборных партийных органов, включая Президиум и Секретариат ЦК;

• дан старт новому витку еще более жесткой, но управляемой антисталинской кампании и новым громким разоблачениям «преступного сталинского режима», жертвами которой опять стали самые видные члены антипартийной группы — В.М. Молотов, Г.М. Маленков, Л.М. Каганович и «и примкнувший к ним» Д.Т. Шепилов, которых исключили из партии и вскоре отправили на пенсию. Кроме того, жертвой этой кампании стал и престарелый маршал К.Е. Ворошилов, которого прилюдно заставили унижаться и каяться за свое участие в антипартийной группировке и разоблачать преступный сталинский режим;

• на волне этой безобразной по форме и беспомощной по содержанию кампании делегатов съезда превратили в могильщиков, которые приняли специальное постановление о выносе тела И.В. Сталина из Мавзолея и захоронения его у Кремлевской стены.

По мнению большинства историков (Р. Пихоя, А. Вдовин), XXII съезд стал зримым памятником бездумного хрущевского прожектерства и началом заката его политической карьеры, поскольку партийно-государственная номенклатура категорически не приняла его новаций об обязательной ротации кадров и лишь на время затаилась, ожидая своего звездного часа.


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *